Книга Князь Андер Арес 11, страница 65 – Тимофей Грехов

— Ты ещё будешь испытывать моё терпение? — спросил он. — Назови себя.

— Андер Арес, — сплюнул я кровь на пол и, поднимаясь, спросил: — А твоё имя как звучит?

— Я Януш. Верховный финар.

Вот тут внутри у меня похолодело. Это имя я знал давно, ещё с Библиотеки драконов. Януш — финар, что стоял в стороне и наблюдал, как мои человеческие предки держат в плену богиню, считая происходящее её «предназначением». Тот, кто помогал запереть Вефнира и, если верить Арес, предал её саму.

— «Верховный финар, — подумал я и усмехнулся. — А манеры, как у вышибалы из припортовой таверны».

— Твоё текущее имя мне без надобности, — продолжил Януш. — Я хочу узнать, как тебя звали, когда ты был финаром.

— Кем? — искренне удивился я и посмотрел на Арес.

Она неподвижно стояла в круге, только подбородок едва заметно качнулся, указывая мне за спину. В угол. Я сделал вид, что отряхиваю кафтан от каменной крошки, повернул голову и увидел резонатор.

И я понял, что задумала Арес. Резонатор можно настроить на чужую энергию. Даже на божественную… ведь с Вефниром это ранее сработало. Оставалось до него добраться.

— Нет, — Януш шагнул ко мне, и от этого шага у меня заныли зубы. — Я не хочу тратить время.

Он опустил ладонь мне на плечо, и мир исчез.

Перед глазами понеслась моя жизнь.

Земля. Панельная пятиэтажка, кухня в шесть квадратов, мать у плиты, отец с газетой, старшая сестра, отбирающая у меня пульт от телевизора. Школа с обшарпанными партами и учительница истории, которая верила в меня больше, чем я сам. Потом институт, общага, лапша в кружке. Потом работа в «Красное-Белое»… коробки, накладные, приёмки товара и ННП (не начисление премии) от СБ-шника. Я смотрел на это со стороны и не мог отвести взгляда, хотя очень хотел. Потому что дальше была повестка. Полигон, фронт, окоп. И вспышка, после которой та жизнь закончилась.

А потом была Грея. Чужое молодое тело и чужая память. Смерть старика Ферна, первая смерть, которую я увидел уже здесь. Лилия Старли и её смех, зелёная мантия и её похороны. Отец, братья, выбор, который я тогда сделал: жить, а не существовать. Дорога к усыпальнице богини. Ставар, заполоненный гигантскими пчёлами, и я, отбивающийся от тварей размером с бульдозер.

Воспоминания шли всё быстрее. Трёхдневная война. Война с нежитью. Исход драконов и их возвращение через портал, оплаченный жизнью Саями. На битве с Вефниром… чужое внимание замедлилось. Януш въедливо разглядывал подземелье с печатями. Он прокрутил гибель Софьи, пойманный в нишу резонатора луч, закрывшееся окно. А под конец и усыпальницу. Мой уговор с Арес, кровавые руны на потолке и агмы, которыми я отдавал жизнь.

Не знаю, сколько это длилось. Но я был откровенно рад, когда всё закончилось и рука Януша отпустила мое плечо.

Януш отступил и повернулся к Арес.

— Так получается, пока живы твои потомки, жива и ты! О, СОЗДАТЕЛЬ! — он рассмеялся, и смех раскатисто отражался от сводов усыпальницы. — А я-то думал, что обрёк тебя на страдания и насилие со стороны смертных, которых ты даже за разумных не считала! — он покачал головой, разглядывая её, будто впервые увидел. — Смотрю, ты получила урок, который был нужен тебе с самого начала, с того дня, как ты стала финарой.

Арес молчала. Я видел, как у неё дёрнулся уголок губ.