Книга Рассвет русского царства. Книга 1, страница 102 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

Также от Ратибора я слышал, что сейчас в Казанском ханстве идёт внутренняя борьба за власть. Москва поддерживала хана Али, он был женат на московской княжне. Его противником был хан Ибрагим.

К сожалению, в своей прошлой жизни я не изучал детально историю этого периода. Единственное, что я точно помнил, что в 1552 году Иван Грозный возьмёт Казань, а через четыре года Астрахань. До тех пор татары будут пить кровь земли русской…

Правда, у меня были другие планы на сей счёт…

Улицы Казани были узкими и грязными. Повсюду толпились люди, русской речи я вообще не слышал. Все кричат, жестикулируют. Лошади с**т посреди дороги… хотя в это время, вроде, этим грешны все большие города.

— Держитесь ближе, — крикнул нам Освальд. — Здесь легко потеряться.

Через полчаса добрались до торговой площади. Огромное пространство, забитое лавками, телегами, людьми. Освальд остановил караван у одного из складов.

— Мне нужно разгрузиться и встретиться с покупателями, — сказал он. — Это займёт весь день. После чего я расплачусь с вами, и вы свободны. А потом отправимся на постоялой двор.

— Хорошо, — кивнул я.

Мы с Семёном и Ратмиром спешились и привязали коней.

— Теперь что? — спросил Ратмир.

Стоять на месте мы долго не смогли. Примерно через час мы с Семеном оставили Ратмира следить за конями, а сами отправились искать Лёву на рабском рынке. Мы видели много русских, но среди них его не было.

Ближе к вечеру вернулся Освальд. И вместе с ним мы отправились на постоялый двор.

Казань… тут было немного страшно. Будто воробей в змеином гнезде. Вроде и враги. Но сейчас, вроде как не воюем…

Наконец-то мы пришли на место. И после того, как Освальд перекинулся на немецком или польском языке с хозяином, нас проводили в комнаты на втором этаже. За две ночи, включающие в себя завтрак, обед и ужин, мы заплатили полрубля. Потом отдали прислуге постирать нашу грязнейшую одежду, покушали нормальной горячей еды и почти сразу уснули. В пути мы пробыли почти десять дней, и нам нужны были силы искать Лёву.

* * *

Утром к нам зашёл Освальд.

— Сейчас пойдём на рынок, — сказал он. — Мой знакомый, Ибрагим, будет там с утра. Он торгует рабами уже двадцать лет. Если кто и знает о вашем Лёве, так это он.

Мы быстро доели, взяли оружие, вышли на улицу. Невольничий рынок находился в южной части города, рядом с главной торговой площадью, на которой было торговое место Освальда. Что, кстати, говорило о его высоком положении.

Рынок был огромным. И вчера мы уже были здесь. Однако ни с кем не разговаривали. Сейчас же у нас появился реальный шанс найти Лёву. Десятки клеток и загонов, в которых стояли люди. Мужчины, женщины и дети. Картина просто ужасная. Если мне сейчас кто-то скажет, что холопство и рабство это одно и то же, то я скажу ему, что он ошибается. Здесь люди были хуже скота…

— Вон там Ибрагим, — указал Освальд на стоявшего у одного из загонов толстого татарина в дорогом халате.

Мы подошли ближе. Ибрагим что-то говорил покупателю, показывая на молодого парня в клетке.

Освальд подождал, пока сделка закончится, потом окликнул:

— Ибрагим!

Толстяк обернулся и лицо расплылось в улыбке.

— Освальд! Друг мой! Давно не виделись! — Он говорил по-русски, но с сильным акцентом.

Они обнялись, похлопали друг друга по спине.