Книга Рассвет русского царства. Книга 3, страница 54 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

Я выдохнул.

— «Получилось. Чёрт возьми, получилось!» — обрадовался я.

* * *

Москва.

За неделю до того.

Шуйский откинулся на полок, вытирая пот со лба. Жар в бане был нестерпимый, такой, как он любил. Рядом, на соседнем полке, сидел Ратибор Годинович, попивая из ковша прохладный квас.

— Быстро твой Дмитрий взялся за дело, — заметил Василий Фёдорович, прищурившись сквозь пар.

Ратибор поднял брови.

— О чём ты, Василий?

— Слухи до меня дошли, — Шуйский отпил квасу, облизал губы. — Митрополит на днях к Ивану Васильевичу ходил. Жаловался, что татары угнетают людей русских, и коли Великий князь не может послать войско дать укорот из-за готовящегося выступления на Новгород, то разрешить бы освободительные рейды вглубь Казанского ханства.

Ратибор нахмурился.

— И что? Согласился Великий князь?

— Согласился, — кивнул Шуйский.

— И при чём здесь Дмитрий Григорьевич? — Ратибор всё ещё не понимал.

Шуйский усмехнулся, покачал головой.

— А при том, Ратибор, что это он собирается в поход. Пока казанско-ордынское войско с астраханцами воюет, он решил поживиться да пограбить татар.

Ковш в руках Ратибора застыл на полпути к губам.

— Вот же ж… — пробормотал он. — Не думал, что он так быстро…

— Вот и я говорю, — перебил Шуйский, — что Дмитрий быстрый, да больно резвый. Однако… — Он сделал паузу, посмотрев в угол бани, где на скамье лежала трость с секретным клинком, подарок Дмитрия. — Знает и понимает, кому уважение выказывать надо.

Ратибор медленно поставил ковш, повернулся к Шуйскому всем корпусом.

— Василий, я понять не могу, ты недоволен его походом?

Шуйский вздохнул, потёр лицо ладонями.

— Эх, Ратибор, вот вроде умный ты, но порой очевидных вещей не видишь.

— И каких же? — напрягся Ратибор.

— Дмитрий к кому обратился? — спросил Шуйский, глядя ему прямо в глаза. — Через кого решать вопрос начал?

Ратибор задумался, потом медленно, словно нехотя, произнёс:

— Так через церковь… Ооо, — наконец-то сообразил Ратибор.

— Вот именно, — кивнул Шуйский. — Но не через меня.

Тем временем Шуйский продолжил.

— А это значит, — продолжил Василий Фёдорович, — что Дмитрий не хочет быть мне обязанным. Хочет самостоятельным быть. А мне это зачем?

Ратибор наклонил голову, изучающе глядя на Шуйского.

— А зачем он тебе, Василий? Ты и так поднялся за то, что он спас Марию Борисовну. Иван Васильевич уважает тебя и доверяет больше, чем остальным. Даже над войском, что в Новгород собирается, воеводой поставил. С арбалетов Дмитрия тоже имеешь неплохую прибыль.

Шуйский покачал головой и усмехнулся невесело.

— Ратибор, ты забываешь, что ему всего семнадцать лет!

— Ну и что?

— Только представь, — Василий Фёдорович наклонился вперёд, — сколько он ещё успеет сделать? Сабли из дамаска, которыми даже восточные мастера гордились бы. Арбалеты, которые пробивают доспехи. Врачевание это его… А теперь он затевает поход. Знаешь, порой я серьёзно задумываюсь, а не коснулся ли его святой Николай… — Шуйский сделал большой глоток из кружки. — В общем, за такими людьми, как он, надо приглядывать. А лучше всегда иметь на своей стороне.

Ратибор медленно кивнул.

— И что ты предлагаешь?

— А я не предлагаю, — ответил Шуйский, откидываясь на полок. — А действую.

— И как же, позволь полюбопытствовать?

— Пока не буду загадывать, но посмотрю, как он с похода вернётся. А потом… — Он сделал паузу. — Наверное, к князю Андрею Бледному в гости нагряну, да узнаю, нашёл ли он жениха для дочери своей Алёны.