Книга Рассвет русского царства. Книга 5, страница 57 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

— Давай знакомиться, — я первым шагнул навстречу и, стянув рукавицу, протянул руку. — Дмитрий Григорьевич Строганов. И я очень надеюсь на плодотворную работу.

Дьяк чуть замешкался, оглядывая мою ладонь. Затем он всё же снял свою, подбитую мехом, и пожал мою руку. Пожатие было вялым, но не слабым.

— Юрий Михайлович Майко, — представился он, отвесив лёгкий, выверенный по этикету поклон. Не слишком глубокий, чтобы не уронить достоинство посланника Москвы, но и не надменный. — Прислан воеводой Шуйским для вспоможения в делах ваших и надзора за казённым интересом. — После чего он выпрямился и посмотрел мне прямо в глаза. — Я тоже надеюсь, что мы сможем сработаться, Дмитрий Григорьевич. На благо Руси и Великого князя Московского.

— Ну, вот и отлично, — улыбнулся я, хотя уголки глаз остались холодными.

Его слова звучали красиво. Прямо-таки «За Царя и Отечество». Хотя я точно знал, что такой формулировки в этом времени ещё не существует, да и царями московские князья называть себя начнут позже. Но посыл был понятен: он здесь человек государев (и Шуйского), а я — лишь инструмент на службе.

— «Что ж, посмотрим, кто кого», — подумал я.

— С дороги, поди, устали, — сменил я тон на деловой. — Людей и обоз сейчас разместим, место приготовлено. А тебя, Юрий Михайлович, я решил поселить с комфортом.

Я повернулся и указал рукой в сторону, где вдали виднелся мой старый дом. Не тот, который я построил уже сам. А свой первый дом.

— Вон та изба, — указал я.

Дом этот пустовал с тех пор, как Григорий вместе с Глафирой и детьми перебрались ко мне на подворье. И получилось так, что изба, приведённая в нормальное состояние, стояла крепкая, тёплая, но пустая. По мне, так она была идеальным местом для гостя.

Дьяк проследил за моим жестом, оценивающе прищурился.

— Благодарствую за заботу. Дом выглядит справным.

— А то, — кивнул я. — У нас по-другому не строят. Как ты смотришь насчёт бани после дороги? Косточки распарить, дорожную пыль смыть?

В глазах Юрия Михайловича мелькнул живой интерес, и даже козлиная бородка перестала так раздражать, дрогнув в намёке на улыбку.

— С большим удовольствием, Дмитрий Григорьевич. Дело богоугодное и телу полезное.

— Тогда решено, — хлопнул я в ладоши. — Сейчас тебя мой друг, — я подозвал стоявшего рядом Лёву, который с интересом разглядывал столичного гостя, — покажет, где будет твой дом. Слуги, помощники у тебя есть? — спросил я, на что дьяк кивнул. — Ну, тогда располагайтесь там. А вечером за тобой пошлю холопов, они проводят к моей бане. Там и познакомимся по-правильному, без чинов и лишних ушей.

Лёва кивнул дьяку:

— Прошу за мной, Юрий Михайлович.

Когда они отошли, я ещё некоторое время смотрел им вслед. Майко шёл осторожно, скользя взглядом по постройкам, по людям… То, что шпионить он будет, это к бабке не ходи. Но Шуйский прав, без грамотного управленца, я тут закопаюсь в бумагах.

Главное было держать его на коротком поводке. И не показывать всего сразу.

Особенно мою «карманную артиллерию» в виде гранат!

— Ратмир! — позвал я заместителя десятника. — Обоз под охрану. Мастеров московских в новые бараки, накормить до отвала. Дружинников, — которых было на первый взгляд больше полусотни, — в старые казармы определи. Потом сообщи мне на каких условия Шуйский их сюда послал. Служить на срок или семьи сюда собираются переселять. Понял?