Книга Рассвет русского царства. Книга 6, страница 60 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

Чуть поодаль, припав на одно колено, третий, раненый в ногу, его штанина на бедре набухла от тёмной крови, и он лихорадочно крутил ворот арбалета.

Против них стояли всего двое рынд. Белые кафтаны были забрызганы кровью, тяжёлые топорики свистели в воздухе, отбивая удары сабель. За их спинами, вжимаясь в стену, стояли Великий князь, митрополит Филипп, держащий перед собой массивный крест, словно щит, и дьяк Василий Китай, закрывающийся какой-то книгой.

Наёмник с арбалетом уже щёлкнул фиксатором…

— Нет! — выдохнул я.

Не раздумывая, я рванул с места. Подпрыгнул, перелетая через какой-то обломок, и перекатом ушёл в сторону, оказываясь рядом с телом уже убитого стражника. Оперение болта торчало у того из горла, а рядом валялась его сабля.

Моя рука сомкнулась на рукояти, и я бросился на стрелка со спины. Сабля свистнула, описывая дугу.

Удар получился хорошим… лезвие разрубило наёмнику плечо, заставив его взвыть. Тем не менее я опоздал буквально на долю секунды.

Палец стрелка дёрнулся рефлекторно от боли и нажал на спуск.

Тетива гулко хлопнула.

Болт, который наверняка предназначался Ивану Васильевичу, ушёл чуть в сторону. Ближайший рында, закрывавший собой князя, вдруг дёрнулся, словно наткнулся на невидимую стену, и рухнул на колени, хватаясь за оперённый хвостовик, торчащий из груди.

— СТРОГАНОВ! — рявкнул Иван Васильевич. В его голосе смешались ярость и неожиданная радость узнавания. — РУБИ ИХ!

Но мне было не до приветствий.

Раненый стрелок, рыча от боли, выронил арбалет и, перехватив кинжал обратным хватом, полоснул им воздух перед моим лицом. Я отшатнулся и ударил наотмашь, оставив тонкую линию на шее противника.

— «Готов!» — пронеслась у меня мысль, а в следующую секунду на меня насел тот самый незнакомец, что прикрывал Ратибора.

Он развернулся ко мне с пугающей скоростью.

— Дзинг! — наши клинки встретились, высекая сноп искр.

Первое время он не давал мне ни секунды на передышку. Серия быстрых, колющих выпадов заставила меня уйти в глухую оборону. Я отступал шаг за шагом, парируя удары.

— Получай, сука! — прорычал он, делая ложный замах в голову и тут же меняя траекторию, метя мне в печень.

Я едва успел подставить клинок, отводя смертоносную сталь в сторону. Лезвие прошло в миллиметре от моего бока, разрезав кафтан. Тогда я контратаковал. Рубящий удар сверху, переход в боковой. Он легко отбил первый, уклонился от второго и тут же пнул меня ногой в живот.

Дыхание перехватило. Я отлетел к стене, ударившись спиной, но саблю не выпустил.

Краем глаза я видел, как Иван Васильевич, багровый от гнева, выхватил топорик у упавшего рынды.

— Пустите! — взревел он, пытаясь прорваться в бой. — Я сам разнесу им головы!

Но оставшийся рында и митрополит Филипп вцепились в него, не давая сделать шаг навстречу смерти.

— Князь, назад! — кричал митрополит, наваливаясь всем телом. — Не рискуй собой!

Мой противник снова бросился на меня. Я нырнул под его руку, пытаясь достать его в незащищённый бок, но он крутанулся юлой, и рукоять его сабли с силой врезалась мне в скулу.

В глазах потемнело. Во рту появился солёный привкус крови.

— Бегите! — заорал я, сплёвывая красную слюну и снова вставая в стойку. Я кричал Ивану и свите, надеясь, что они воспользуются заминкой. — Уводите князя!