Книга Дворник 17-го уровня. Том 7, страница 62 – Дмитрий Дорничев

Внутрь двора я не заходил, так как Инна быстро: туда-сюда — и всё, мы уже идём в кафешку, что здесь рядом.

— Редко хожу по кафе, — сказала та, на ходу красясь.

— А макияж зачем?

— Потому что я — девушка.

— Логично.

— Да я не об этом! Истинное удовольствие женский пол получает, когда ловит женские завистливые взгляды. Утереть другой женщине нос — это святая святых! И… почему я тебе это рассказываю… — удивилась она и слегка смутилась.

— Значит, быть красивой не ради мужчин, а ради женщин? — подытожил я.

— Ну вы же, парни, тоже всякой фигнёй страдаете, лишь бы доказать другим парням, что круче, богаче и банан по колено.

— Видимо, я не парень…

— Может, поэтому и делюсь с тобой… — задумалась та, а я приподнял бровь и посмотрел на Инну. — Нн-н-не в этом смысле! — замахала она руками и мило смутилась. — Просто я тебя за парня никогда не воспринимала. Ходил полуживой скелет, от вида на которого сердце болело и настроение падало ниже плинтуса…

— Мне кажется, стало только хуже, — подметил я.

— Блин, давай сделаем вид, что я ничего не говорила?.. У меня после пар мозги и так расплавлены. Придумать, как объясниться без бокала вина или хотя бы крепкого кофе, я что-то не в силах…

Не знал, что она такая болтливая и весёлая. Обычно сидела с надменным видом благородной дамы посреди челяди.

И вот мы пришли в корейское кафе, что было сравнительно недалеко. Рядом находился корейский сквер и бюст советскому разведчику-нелегалу, Герою Советского Союза Евгению Киму.

Посмотрев на него, я пошёл за Инной, и мы вошли в Корейский культурный центр. Там и была кафешка. Народу было немного, оформление… да ничего необычного. Симпатично. Но в кафе Дениса… Тьфу ты. Сергея. Я почему-то их начал путать. Оба корейцы, оба толстые, оба наглые…

У Сергея всё более по-корейски, чем здесь. И он обещал нас пригласить к себе. Но, видимо, дел по горло. Впрочем, учитывая, что я узнал, что отца Антона недавно похоронили, дел у семьи Сергея и правда будет море… Но я не против, если они разорят Коневых. Только «за».

Но не буду об этом. Мы взяли меню, и я заказал себе «Гальбитан» — суп из говяжьих рёбрышек на кости, с белой лапшой, редькой и закусками. Далее «Юккедян». Я уже ел его, и мне нравится. Это острый суп из мяса, яиц, овощей и прочего. Он красный. Но не как борщ, а из-за перца.

— Вот ты прожорливый! — ахала девушка и окинула меня взглядом. — Хотя да. Прокормить такую тушу нужно постараться.

— Я заплачу за нас, не переживай.

— Слышала, что тебе хорошо зарплату подняли. Но я пригласила, и я плачу. Это для моей совести, хорошо? — попросила та. Я кивнул и кинул взгляд в окно. Осень, красота. Ещё бы потеплее было.

— Как учёба? — спросил у той.

— Ох уж эти стандартные вопросики…

— Ну я-то не учился в универе. После школы выбор стоял: отправиться в могилу или работать. Я выбрал второе. Блин… — я посмотрел на девушку, которой стало грустно. — Каждый раз забываю про такую реакцию людей.

— И что… часто рассказываешь? — поинтересовалась девушка.

— Бывало по три раза в день. Меня часто за наркомана принимали или интересовались, что со мной. Ну и всё в таком духе. Так что рассказывал я это много и часто.

— Жесть у тебя жизнь, конечно. Я ведь когда тебя увидела, тоже подумала: «Фу, наркоман. Хоть бы он откинулся побыстрее»… Далеко не сразу узнала, что ты не наркоман, а просто болеешь… Но и тогда брезгливость появилась. Не хотелось иметь с тобой дел… И хотелось отстраниться… — на удивление, честно сказала Инна.