Книга Да, мой король, страница 123 – Елена Михалёва

Маргарита шумно вздохнула. Её уста в изумлении приоткрылись.

Она была так близко, но Ричард отчего-то не смел коснуться её снова. Боялся спугнуть. Разрушить момент, когда Марго, наконец, рядом и слушает его. Смотрит в глаза с искренней тревогой с примесью страха. Отчего-то стало нестерпимо важно, чтобы она слушала. Чтобы знала обо всём и понимала: он не врёт ей и ничего не скрывает.

— Вильгельм не был плохим человеком, – прошептал Шенборн. – Но Атенлау он запустил. Предпочитал перекладывать заботы на чужие плечи. Но в итоге всё оказалось именно на моих плечах. Не волнуйся, Марго. В отличие от твоего брата, я сделаю всё, чтобы разобраться.

Принцесса медленно моргнула.

А затем вдруг сама протянула руку и коснулась заросшей щеки Ричарда. Погладила сначала невесомо, а потом смелее. От этого прикосновения граф немедленно потерял нить своих мыслей. Кровь в его жилах побежала быстрее и жарче.

Марго стояла прямо перед ним и робко гладила его щёку. Смотрела так, словно впервые видела. Смотрела, не отрываясь. Его Маргарита. Нежная, хрупкая, изящная. Невесомое лебяжье пёрышко, гонимое ветром. Так, что не поймать. И не удержать.

Ему хотелось удержать больше всего на свете.

Ричард знал, что это ошибка. Разум подсказывал ему остановиться. Здравый смысл кричал, что он пожалеет. Бессмертная душа намекала на самые низменные грехи. Но сердце…

Непокорное, глупое сердце пообещало короткий миг настоящего счастья. Всего один миг.

И этого хватило.

Ричард наклонился. И медленно поцеловал принцессу.

Он вложил в этот сдержанный, нежный поцелуй всю свою любовь, накопленную за годы ожидания.

Шенборн был уверен, что Марго оттолкнёт его.

Но губы девушки мягко раскрылись навстречу, прижимаясь к его устам с головокружительным трепетом. Будто бы рассказывая о том, что момент счастья переживал не он один.

Мужчина глубоко вдохнул носом. И с огромным, болезненным усилием отстранился.

Поцеловал её руку долгим, благодарным поцелуем. А потом севшим голосом произнёс:

— Я найду тебе нового учителя рисования. А сейчас иди спать. У меня ещё много дел. Поговорим, когда всё хотя бы немного успокоится.

Ричард отпустил руку принцессы, которая успела залиться стыдливым румянцем. И направился к двери в кабинет, чтобы отдать распоряжения стражникам:

— Проводите Её Высочество в её покои. Убедитесь, что Мориц покинул дворец. И что охрана принцессы со всей строгостью наказана за то, что позволили ей одной бродить в столь поздний час.

— Да,мой король, – раздались голоса в коридоре.

Маргарита вышла из кабинета своего брата с опущенным взором и часто стучащим сердцем. Будто бы король сделал ей весьма строгий выговор. Но на деле всё было совсем иначе. Марго стоило огромных усилий, чтобы не улыбаться. И Ричард разделял её чувства.

* * *

Ужин был полностью позабыт ввиду пропавшего аппетита. «Король» провёл в кабинете около часа. И большую часть времени он старался справиться с эмоциями. Ричард болезненно ощущал себя виноватым. Как перед Маргаритой, так и перед Джованией. Но чем больше он размышлял, тем больше противоречий возникало в его душе.

Граф любил принцессу той нежной, возвышенной любовью, которую рыцарь мог бы пронести через всю свою жизнь, как единственную путеводную звезду. Как чистое, не осквернённое плотью чувство, не требующее взаимности. Не порочащее возлюбленную ни единым намёком. Ещё пару месяцев назад Ричард был готов любить одну лишь Маргариту до самой смерти. Он собирался завоевать её сердце, даже если она не пожелает выходить за него замуж. Был нацелен на самую долгую осаду, лишь бы обрести взаимность.