Книга Песня смерти, страница 24 – Денис Громов

— Только мелодию. Без слов.

— Значит, пока время есть. Как слова появляться начнут — все, жди Марену в гости. А может и раньше. То ей самой решать.

— Извини меня волхв, не знаю, что на меня нашло. Как будто бес вселился. — повинился я перед стариком, перейдя на "ты"

— Это остатки души бывшего хозяина этого тела шалят. Скоро его дух совсем истает и ты сам управлять телом будешь.

— А как это побыстрее сделать?

— Тренироваться. Физически, духовно. Магию, опять же, качать.

— Может ты меня магии научишь? — вдруг попросил я.

— Может и научу. Но не сейчас. Других пока себе учителей поищи. Ладно, заболтался я с тобой. Пойду. И вы ступайте.

Напоследок мы совсем тепло распрощались с волхвом. Он даже назвал мне свое имя — Медведар. И пригрозил, чтобы я больше не пугал своим естеством русалок. А то найдутся существа построже чем он и оторвут мой хоботок к чертям собачьим.

А вот и город

Когда разговор с Медведаром закончился, уже начало рассветать. Толком не отдохнув, мы тронулись в путь.

— Эта, жрать охота! — в сотый раз за короткое время заявил мне Филька. Теперь понятно, почему ему кличку «Голод» дали. Я тоже не против поесть, но где ж тут еду раздобудешь? Даже если что-то поймаем, сырым я естьэто не буду, а инструментов для готовки у меня с собой вообще нет.

Филька бежал впереди меня, как бы разведывая дорогу. Откровенно говоря, меня уже достал вид его голого зада. А уж когда он вставал на четвереньки…

— Филька, иди сюда! — скомандовал я своему спутнику.

— Чего, барин?

— Ты прикрыться не хочешь, случайно?

— А что такое? — не понял он.

— Ты в город также, голым пойдешь? — задал я резонный вопрос.

— А я в город не пойду.

— В смысле?

— Меня там сразу схватят и казнят.

— Но ты ж вроде как теперь мой эээ… холоп?

— Сам ты холоп! — огрызнулся волколак. — Служу я тебе просто. Вот и все. А то, что я тебе служу, не значит, что я ни какому суду не подвластен. Может в другом городе, где меня не знают, я и смогу появиться. Но здесь меня каждая собака знает. И многие имеют на меня зуб.

— И чем же ты займешься в мое отсутствие?

— Одежду себе найду.

— Украдешь? — попробовал угадать я.

— Сошью. — Осклабился Филька.

— А я вообще-то хотел продать череп и порталом в Рязань скакануть.

— Ахаха! — заржал волколак. — Давай-давай. Тебя же обдурят первые торговцы. А за такой череп как у тебя, еще и убьют. Так что ты им не свети раньше времени.

— А как мы тогда в Рязань попадем? Пешком добираться что-то не хочется.

— А чего там добираться? — удивился Филька. — Там всего ничего с тысячу верст верст. С крючочком.

— Для бешеной собаки, сто километров не крюк. — сказал я на автомате, чем несказанно обидел своего спутника. На этот раз он огрызаться не стал. А я, чтобы сгладить ситуацию, начал задавать ему вопросы. — Слушай, а почему тебя волколаком назвали, а не оборотнем? Ты вроде как оборотень и есть.

— Кто назвал?

— Ну, тот возница, с которым я в город ехал.

— Он эта, обзывался, гад. Волколак это вообще не оборотень. Это темная тварь на службе у навьего царства.

— А что на счет казаков? Почему только у них оборотни тусуются?

— Чего делают?

— Обитают. Живут. — попытался объяснить я.

— Оборотень существо забитое. Только убивать умеющее. Куда как не к казакам идти? Но там не одни оборотни есть. Там и перевертышей много.