Книга Любимый плут, страница 48 – Кэролайн Линден

— Я не говорил, что мистеру Тейту придется нарушать данное слово. Ничего ужасного в том, что я прочитал, не обнаружилось.

— Тогда о чем беспокоиться? — Бианка допила шоколад. — Не могу поверить, что вы так разбираетесь в контрактах на доставку.

— Я изучал право целый год, — пояснил Макс, чем безмерно удивил ее. — Не то чтобы я специалист, но и не профан.

— Значит, вы поверенный в делах?

Макс сунул очки в кармашек жилета:

— Нет.

Он больше не сказал ни слова, чем очень удивил ее, но проявлять интерес к чему-либо еще, касавшемуся его персоны, она сочла неуместным.

Послышались звуки горна.

Бианка забрала булочку с тарелки, поднялась из-за стола и, прежде чем уйти, сказала, желая его уколоть:

— Желаю вам прекрасного дня за чтением контрактов. — Он будет сидеть здесь, наверху в доме, и читать, пока она сделает что-то по-настоящему важное для фабрики.

К ее удивлению, он тоже встал, одним движением собрал свои бумаги и, допив кофе, спросил с дерзкой улыбкой:

— Ну что, идем?

— Вам можно не ходить на фабрику.

Сент-Джеймс уже был у двери и дожидался ее, чтобы предложить руку, но Бианка не приняла ее. Засунув булочку в карман на потом, девушка вышла за дверь, и супруг, не говоря ни слова, последовал за ней.

— Я не говорил, что мистеру Тейту придется нарушать данное слово. Ничего ужасного в том, что я прочитал, не обнаружилось.

— Тогда о чем беспокоиться? — Бианка допила шоколад. — Не могу поверить, что вы так разбираетесь в контрактах на доставку.

— Я изучал право целый год, — пояснил Макс, чем безмерно удивил ее. — Не то чтобы я специалист, но и не профан.

— Значит, вы поверенный в делах?

Макс сунул очки в кармашек жилета:

— Нет.

Он больше не сказал ни слова, чем очень удивил ее, но проявлять интерес к чему-либо еще, касавшемуся его персоны, она сочла неуместным.

Послышались звуки горна.

Бианка забрала булочку с тарелки, поднялась из-за стола и, прежде чем уйти, сказала, желая его уколоть:

— Желаю вам прекрасного дня за чтением контрактов. — Он будет сидеть здесь, наверху в доме, и читать, пока она сделает что-то по-настоящему важное для фабрики.

К ее удивлению, он тоже встал, одним движением собрал свои бумаги и, допив кофе, спросил с дерзкой улыбкой:

— Ну что, идем?

— Вам можно не ходить на фабрику.

Сент-Джеймс уже был у двери и дожидался ее, чтобы предложить руку, но Бианка не приняла ее. Засунув булочку в карман на потом, девушка вышла за дверь, и супруг, не говоря ни слова, последовал за ней.

Вокруг холма и вниз по склону они шли в полном молчании. Солнце уже виднелось сквозь деревья, пока, правда, чуть-чуть, а от утренней росы во время ходьбы у Бианки мокли не только юбки, но и нижнее белье. Она мысленно пообещала себе, что попросит отца хотя бы посыпать тропу гравием, чтобы добираться до фабрики, не вымокнув по пояс.

Как всегда, когда Бианка доходила до гребня на склоне и видела Перузию, раскинувшуюся перед ней внизу, в ее груди рождалось совершенно необыкновенное чувство — свободы, гордости и счастья. Фабрика не была ни дворцом, ни герцогским поместьем и не могла произвести впечатление на тех, кто ожидал увидеть нечто величественное. Нет, это был небольшой фабричный комплекс, оборудованный современными станками и заполненный рабочими. Позади корпусов в свете восходящего солнца блестел канал, где ожидали разгрузки баржи с углем, а другие баржи стояли в ожидании погрузки товара, произведенного в Перузии.