Книга Зимние Боги и Змеи, страница 297 – Венди Хейсс

— Больше он почти ничего не сказал. На следующее утро снова уехал в Касмер, а когда вернулся… окончательно обезумел. Слуги рассказывали, что он убил двадцать солдат, пытаясь добраться до короля. Он хотел убить её отца.

— Небеса, — прошептала Ния, прикрывая рот ладонью.

Кайден покачал головой.

— Это не тот Самуэль, которого я знаю.

— Зачем ему было совершать такое безумие? — спросил Мал. — Он хотел убить Сайласа. О чём он думал и почему?

Пен потёрла руки.

— Слуги… считают, что он находился под чарами тёмного ремесла.

Я положил ладонь ей на плечо, и она подняла на меня встревоженный взгляд.

— Почему они так решили? Судя по твоим теням, это не похоже на простое предположение. Ты уверена.

Она нервно оглядела коридор.

— Я… наполовину элдмурка. Мой отец был ремесленником, — её глаза метнулись к нам с Малом. — Но я не ибрис, — она торопливо провела руками вдоль тела. — И не думаю, что сама ремесленница. Моя мать — дин-Аура. Я лишь почувствовала… почувствовала завесу, скрывающую сияние Самуэля. Вы знаете, кто такой Самуэль Рашар. Легендарный Сияющий, чья сила вдруг отказала перед двадцатью солдатами. Он убивал горных зверей, чудовищ и эйдемонов, но вернулся с севера одной пустой оболочкой, набитой страхом.

Страх. Главное оружие ремесленников против других. Они умели заползать внутрь, отыскивать самые глубокие страхи и давить, пока те не затмевали всё остальное. Самуэль наверняка оказался под завесой тёмного ремесла. Под завесой страха.

Рыжеволосая девушка поразила нас с Малом, однако Кайден и Ния даже не удивились. Пен тоже заметила.

— Вы не выглядите потрясёнными.

— Мы знали, Пен, — признался Кайден. — Сноу тоже. Твой отец дружил с Алариком.

Она потрясённо раскрыла рот.

— Вы мне не сказали.

Не он ли нанёс магические знаки на тело Сноу? Мы с братом обменялись понимающими взглядами, но оба отказались от вопроса. Сейчас мне было всё равно.

— Думаете, Самуэля окутала магия Меланты? — спросил я. — Они раскрыли планы Сноу?

Ния опустилась на корточки.

— Возможно.

— Что было в письме? — спросил Мал. — В том, которое он передал Сноу.

Все посмотрели на молодую служанку. Она виновато покачала головой.

— Не знаю. Знает только она.

— Она начала напевать до того, как открыла письмо, или после? — спросил Кайден, нахмурившись, будто ответ должен был что-то объяснить.

Пен растерянно моргнула и уставилась в пол, пытаясь вспомнить.

— После… кажется, после.

Друзья переглянулись, и Ния сорвалась с места и исчезла в коридоре.

Мне было безразлично, что написано в письме, когда Сноу начала напевать и что всё это значило. Я хотел лишь увидеть и обнять её.

Она не выходила всю ночь. Из комнаты не доносилось ни звука. Ния непрерывно дежурила в коридоре и без конца смотрела на дверь, ожидая от Сноу хоть малейшего всплеска чувств, любого повода ворваться внутрь. Ей отчаянно хотелось узнать, что с подругой.

Несмотря на бесконечный гром и бушевавшую за окнами снежную бурю, солнце наконец начало освещать новый день из-за облаков. Двери комнаты резко распахнулись, и мы все вскочили. Сноу вышла в синем шёлковом платье, волосы были убраны от лица, губы растянуты в напряжённой улыбке. Не настоящей. Холодные, тусклые глаза мгновенно её выдали.

— Коридоры настолько удобные? Почему вы вчетвером устроили здесь лагерь? — спросила она привычно шутливым тоном.