Книга Нежеланная невеста, или Зимняя сказка в академии магии, страница 70 – Анна Джейн

— Ты такой хороший, — вырвалось у меня. А Эштан вдруг нахмурился.

— Нет. Я не такой хороший, как тебе могло показаться, Белль. Порою я отвратительный. Как и все темные.

Эштан вдруг закатал рукав почти по локоть — внешняя сторона предплечья была в тонких шрамах, старых и свежих. Шрамы виднелись и на внутренней стороне, где под светлой кожей прятались вены, но их было меньше.

— Мы, чернокнижники, используем свою кровь для магии, — ровным голосом продолжал он. — Она нужна нам для каждого ритуала. Я не умею пользоваться простыми заклятиями, варить зелья или управлять стихиями. Я умею только использовать кровь.

Он приподнял вторую руку, и из черного неприметного перстня появилось тонкое лезвие, похожее на коготь хищной птицы.

— Шрамы у меня везде. Обычно это отпугивает людей. Смотрится отвратительно. Но порою вещи, которые умеет делать чернокнижник, еще отвратительнее.

Подул ветер, и я, находясь под каким-то странным порывом, коснулась его лица — осторожно и почти невесомо. Откуда только смелости набралась? Я убрала выбившуюся пепельную прядь за ухо, в котором только сейчас, в ярком свете уличных фонарей разглядела серьгу-кольцо. А Эштан вдруг накрыл мою ладонь своею и прижал к прохладной щеке.

— У тебя руки горячие, — прошептал он. — Греют…

— Я же огненная, — улыбнулась я. — Во мне живет пламя.

Мы стояли друг напротив друга, не сводя глаз. В животе словно стая бабочек запорхала. Я вдруг решила, что Эштан меня поцелует. Прямо сейчас. Даже губы вдруг закололо от предвкушения. И я потянулась к нему, привстав на носочки, но… Нам помешали.

За моей спиной выросла тень. Взгляд темного изменился — стал жестким.

— Как ты посмел сделать это, — раздался хриплый голос, наполненный гневом. И я не сразу сообразила, что он принадлежит Даррелу. Но поняв это, резко обернулась. Принц, который явно не узнавал меня со спины, сощурился.

— Ты. А ты что тут делаешь? — спросил он, пронзая меня взглядом, словно мечом. Кажется, он тренировался — был в военной экипировке, которую носили на занятиях боевики. Удивительно, но она ему шла — подчеркивала стать. Как говорила тетя: «Подлецу все к лицу». Наглядный пример! Какой же он отвратительный. Трус.

— Здравствуйте, ваше высочество, — улыбнулась я ему холодно, но голос мой звучал безукоризненно вежливо. — Гуляю перед сном.

— С ним? — усмехнулся принц. — Отличная компания, Изабелль Бертейл. Вы далеко пойдете. Оба. Красиво получилось снять печать, Эштан. Мои аплодисменты.

— О чем ты, кузен? — нахально поднял бровь Эштан. — Я не снимал никаких печатей.

— Держишь меня за идиота? — спросил принц, ближе подходя к Эштану. В его взгляде был вызов.

— Удивительно, что ты понял это только много лет спустя, — ничуть не испугался его темный. И как он только такой взгляд выдерживает… Не каждый бы смог.

— Тебе ведь нравится это — играть с другими, — продолжал Даррел. — Смотреть, что получится, когда сталкиваешь одну свою пешку с другой, верно?

— Думай, как хочешь. Я не понимаю, о чем ты говоришь. Но разговаривать с собой так не позволю, — сквозь зубы сказал Эштан.

— Я буду разговаривать с тобой так, как посчитаю нужным.

— Тогда тебе придется ответить за это. Или снова прикроешься титулом?

— А ты — жалостью к себе? — одарил кузена улыбкой принц. — Или научился чему-то новому?