Книга Нежеланная невеста, или Зимняя сказка в академии магии, страница 110 – Анна Джейн

А вот из-за этого стало страшно.

— Что? Зачем? Что случилось? — растерянно спросила я.

— Вы меня слышали? Сейчас же в кабинет ректора! — повторил секретарь. Он даже переобуться мне не дал — заявил, что некогда, и потащил за собой в таком виде, в котором я была.

Что ж, чем быстрее все закончится, тем лучше.

Пока адепты и адептки академии магии Эверлейн танцевали и веселились на иллюзорной лесной поляне в Большом драконьем зале, Ева Шевер действительно находилась в лесу, под серебром лунных лучей, что падали на снег сквозь ветви деревьев. В одиночестве и в полной тишине, если не считать хлопанье птичьих крыльев.

Укутавшись в меховую накидку, девушка стояла по щиколотки в снегу перед каменным алтарем, который достала с большим трудом на рынке «Змей и Костей» — черном магическом рынке, где продавали всякое для запрещенного колдовства.

Сегодня Ева готовилась провести ритуал, о котором узнала в Алом гримуаре — книге ведьм. Эта книга попала ей в руки несколько лет назад через настоящую мать Эштана, случайно. Ева не должна была даже касаться ее, но врожденная любознательность все же заставила девушку открыть первую страницу. А затем и вторую, и третью… И все остальные. Еве всегда был интересна темная магия как явление, ее механизмы и процессы, а потому она не могла остановиться.

Интерес породил желание попробовать — а получится ли темная магия у нее? Ведь она всегда была лучшей во всем, в любой сфере, будь то уроки по домашнему хозяйству, садоводству и вышиванию, или же магические науки. Ева привыкла быть первой, а потому решила попробовать, чтобы убедиться в том, что ей действительно подвластно многое. В том числе и запретное волшебство. Все равно ведь никто не узнает. Никто не отследит.

У нее получалось — так, по мелочам. Вредить никому Ева не хотела — не потому, что была излишне доброй, а потому, что не видела необходимости для вреда кому-то использовать опасную темную магию. Слишком много рисков, когда есть куда более простые пути для достижения своих целей.

Первый раз Ева серьезно взялась за темную магию, когда поняла, что впервые в жизни не справляется с ситуацией. И эта ситуация была связана с мужчиной. С принцем Даррелом. С человеком, который должен был стать ее супругом и возвести на престол. Еве нужна была власть, и еще будучи совсем юной, она мечтала о том, как однажды станет императрицей.

К тому же Даррел всегда нравился ей — высокий, широкоплечий, уверенный, но при этом с уставшим взглядом, будто всегда находился в себе, даже когда широко улыбался репортерам. Ева находила, что в его взгляде есть тайна, а тайны она отгадывать очень любила. К тому же поговаривали, что принц не встречается с девушками дольше месяца — в его сердце нет месту любви.

Ева сделала все, чтобы принц начал проявлять к ней интерес, благо, что они часто встречались во дворце. Даррел обратил на нее внимание и тоже заинтересовался красивой и умной девушкой, которая смотрела на него большими преданными глазами, однако его симпатия продлилась лишь несколько свиданий, а этого точно не хватило бы, чтобы стать императорской супругой. Почувствовав, что Даррел охладевает к ней, Ева решилась на отчаянный шаг — приворот.

«Черная любовь», — так назывался этот древний зловещий ритуал в книге ведьм. Он способен был подчинить даже дракона, и суть его была проста и сложна одновременно. Нужно было поймать демона, разделить его сущность на две половины, словно дождевого червя, и спрятать их в двух предметах. Один носить с собой, второй — отдать тому, кого нужно было приворожить. Ева выбрала кольца из лунной стали, которую делали фэйри: одно — для себя, другое — для Даррела. Демона помог поймать Эштан, которого она упросила о помощи, еще и женские чары свои вход пустила — по крови он братом ей никогда не был, о чем Ева знала от матери, дружившей с приемной матерью Эштана, сестрой императора. И знала, что Эштан неровно к ней дышит. Даже подарила ему свой первый поцелуй когда-то, но целесообразно решила, что толку от него мало. На престол ему не взойти. Но все равно держала при себе, хотя, нет-нет, и ловила мысль, что это он ее при себе держит, но тотчас отгоняла. Она же сильнее, чем он.