Книга Бессмертный, страница 61 – Эмма Хамм

— Не могу. Не получается, и мы оба понимаем почему. Я не ведьма! Мне под силу только заклинания по формулам, которые любой дурак освоит. Но настоящая магия? Это выше моих возможностей, ты же знаешь.

— Ты просто не стараешься.

— Очень даже стараюсь! Каждый раз, каждую попытку мой разум просто… – Она поднесла дрожащую руку ко рту, а затем осторожно наклонила стоящую перед ней чашу. Жидкость выплеснулась через бортик и, конечно, испортила заклинание. – Ты требуешь невозможного.

— Сосредоточься. – Он расхаживал по своему царству, наблюдая за девушкой через зеркало, которое она поставила на алтарь. – Магия – дело нелегкое. Она и не должна даваться с первого наскока, Джессамина. Сначала нужно вложить труд, самоотдачу и часы боли.

— И я все это делаю уже битый час, я устала.

— Недостаточно устала, – отрезал он.

Может, он слишком сильно на нее давил. Джессамина вправду занималась добрую половину дня, но ведь это же простейшее заклинание! Ей должно быть под силу зажечь огонь, они уже перепробовали все легкие заклинания, которые он мог придумать. Это до смешного простое заклинание призвано направить ее разум в нужное русло, чтобы вспыхнула магия. Даже самая бездарная ведьма могла его сотворить.

Бессмертный попытался смягчить тон, чтобы уж совсем не звучать как тиран с кнутом.

— Это очень легкое заклинание, Джессамина. Ты сможешь.

— Сколько раз тебе еще повторить? Я не ведьма.

— Ведьма, – процедил он сквозь зубы. – Просто паршивая.

Джессамина застыла, а потом метнула в него испепеляющий взгляд.

— Тогда найди себе другую, – огрызнулась она.

— Джессамина…

Она не дала ему договорить. Джессамина вылетела из комнаты так быстро, что бог даже не успел моргнуть, и хлопнула дверью с такой силой, что зеркало качнулось и упало.

Уперевшись руками в раму, он оскалился в приступе жгучего разочарования. Ну почему она такая упрямая? Бессмертный же учит ее магии, как и было обговорено. Для любой ведьмы это базовый уровень.

А он обучил многих. Сотни ведьм с каждым днем обретали все большую силу под его наставничеством. Каждая из них становилась могущественной, каждая из них потом приносила его в жертву ради еще большей силы. Такова была его роль. Он учил их, они убивали его, а затем цикл повторялся.

Почему она не может следовать ему?

Девчонка слишком много сомневается. Она не уверена в магии, что течет в ее венах и из-за этого тратит впустую весь потенциал. И все из-за мыслей, что она недостаточно хороша.

Или, может, боится. Раньше становление ведьмой означало что-то хорошее. Вдруг все эти недели взаперти в заброшенном поместье изменили ее мнение о магии?

Бог оттолкнулся от зеркала, не желая больше смотреть на потолок алтарной комнаты, и зашагал прочь, во тьму. В венах вскипала сила – чем дольше он проводил с девушкой время, тем больше крепчал. Это был лишь вопрос времени, когда ему придется найти всей это скопившейся силе выход.

Магия переполняла его. Даже его царство это чувствовало. Чернила тянули к нему руки, пытаясь обнять, но он знал, что это все ложь. Если схватят, то ему не поздоровится. Раз они с Джессаминой становились все ближе, может, пора проверить, насколько прочны оковы его темницы.

Вырвавшись из цепей, он скользнул сквозь тени в мир живых. Без нее бог ничего не чувствовал. Ни дуновения ветра, ни леденящих прикосновений или, наоборот, жар от них. Сам Бессмертный чувствовал лишь крупицы от всего, что его окружало. Тьма застилала глаза так долго, что окружающий мир превратился в череду теней. Он мог различать лишь важные вещи, вот только их было меньшинство.