Книга Бессмертный, страница 142 – Эмма Хамм

Вероятно, именно так ему и удалось создать целое подпольное королевство с настоящими подданными. Джессамина так много не знала о собственном доме. Жизнь на улицах научила ее намного большему, чем придворные наставники.

Наконец Каллум вздохнул, хрустнул костяшками пальцев о край стола и сказал:

— Это просто бизнес, Джессамина. Вот и все.

— Значит, моя жизнь – это бизнес? Жизнь моей матери тоже просто бизнес?

— Ну… не совсем. – Она увидела тень того человека, которого знала раньше. Словно ему было стыдно за предыдущие слова. Может, в нем и осталась крупица человечности. – По крайней мере, так было не всегда.

— И ты думаешь, что я поверю? Что за монстр сначала заботится о людях, как о родных, а потом убивает их? Это отвратительно. – Она скрестила руки на груди, откинувшись на ящик за спиной, словно не сидела сейчас в тюрьме. – Каллум Квен – это тоже выдумка?

— Нет, но сейчас я больше известен под кличкой Мясника с Гримуар-Райз.

В его голосе сквозила ненависть к себе, но Джессамина отказывалась чувствовать жалость по этому поводу.

— И как давно ты сделался Мясником?

— Очень давно. – Стражник раздраженно выдохнул. – Еще до того, как я встретил твою мать, я жил здесь. Нет. Выживал. В конце концов, люди вокруг меня начали сбиваться в семью, они знали, что я буду защищать их ценой своей жизни. Тогда это было необходимостью.

— А потом ты оказался на службе у моей матери. Каким образом?

— У нее было то, что я давно хотел заполучить. – Каллум выпрямился и теперь больше походил на того бродягу, что бросил ее сюда. – И мне кажется, что теперь она у тебя.

Джессамина не верила ему ни на секунду. У нее не осталось ничего, кроме связи с Бессмертным. Ее мать уж точно таким не обладала.

— Ты отобрал у меня все, Каллум. Где мой бог?

— Ты скажешь мне, где книга, а я скажу тебе, где он.

Какая еще книга? У нее не было никаких книг. Только те, что дала ей Сибил и…

Та, что она взяла у Бенджи.

Гримуар самого Бессмертного. Только о ней мог говорить Каллум, даже если страницы древнего текста исчезали, как только Джессамина пыталась их прочесть. Ее рюкзак. Должно быть, теперь он в лапах у приспешников этого предателя. А это значит, что скоро до гримуара доберется и Каллум.

Приняв безмятежный вид, Джессамина старалась не выдать себя.

— Не понимаю, о чем ты. У меня нет ничего из замка или вещей матери. Все, что мне осталось, – это испорченное платье. Кольцо я уже заложила, чтобы меня вывели из канализации, куда я попала после того, как новоиспеченный муженек перерезал мне горло.

Она надеялась пустить пыль ему в глаза, но Каллума было не так просто отвлечь от цели.

Он подался вперед, позабыв о накрытом столе.

— Где книга, Джессамина?

Она сглотнула.

— Я не знаю, о какой книге ты говоришь.

— Не смей мне врать. Ты что, забыла все то время, что мы провели вместе? – Он склонил голову набок, а его лицо исказилось почти фанатичным безумием. – Я научил тебя ездить верхом. Укладывал тебя спать. Я подарил тебе сотню подарков. Я был отцом, которого у тебя никогда не было. Ты мне должна.

— Доброта не бывает корыстной. – Ее мать любила повторять эту фразу. Джессамина поняла, что Каллум узнал ее слова. Он вздрогнул, словно она выстрелила ему прямо в сердце.

— Джесс, у меня заканчивается время.