Книга Королева из архива, страница 248 – Светлана Шёпот

— Да, — я кивнула и тут же об этом пожалела. Голова закружилась сильнее.

— Как же ты так умудрилась упасть? — поинтересовался мужчина.

— Так она окна мыла и вывалилась, — ответила ему вместо меня бабушка. — Я на лавке сидела. Вон там, — она указала на противоположный дом. — Все видела.

Мужчина поглядел вверх, а затем на меня. На его лице можно было заметить потрясение.

— В рубашке родилась, — заключил он. — Давай до квартиры провожу.

Я напряглась. Мне совсем не хотелось в таком состоянии подпускать кого-то незнакомого к себе столь близко.

— Да я сама ее провожу, — моментально вмешалась бабулька.

Мужчина поглядел на нас. Кажется, ему было обидно, что его заподозрили в чем-то плохом.

— Как хотите, — бросил он и, махнув рукой, отправился по своим делам.

Старушка проводила его прищуренным взглядом и посмотрела на меня.

— Идем, дочка, отведу тебя.

— Я сама…

— Не спорь, — настояла она. — Не дай Господь, споткнешься еще на лестнице, точно зашибешься насмерть.

В подъезд попасть оказалось весьма просто — кто-то подпер дверь камнем, а вот в квартиру зайти мы не смогли, ведь ключи остались внутри. Как и телефон.

Ощущая тошноту, я присела на корточки и закрыла голову руками. Происходящее, несмотря на боль, все еще казалось сном. Возможно, мне следовало отреагировать как-то острее, но все, что я сейчас ощущала, — это какое-то душевное онемение.

— Эк мы с тобой не подумали, — расстроенно пробормотала бабулька, когда мы с ней столкнулись с очередной проблемой. — Что же теперь делать-то?

Помощь не заставила себя ждать. Вернулись соседи — муж с женой. Старушка немедленно принялась объяснять им ситуацию.

Пока они разговаривали, я отстраненно наблюдала за сидящим на лестнице котом. Его окрас напоминал мне Осириса, покинувшего нас давным-давно.

В памяти всплыли воспоминания, как в своей первой жизни я время от времени подкармливала уличных котов. Эта мысль натолкнула на другую. Я вспомнила, кем была старушка. Ее звали Верой Матвеевной. Она жила в доме напротив и так же часто кормила бездомных животных, отчего иногда ей даже приходилось ругаться с соседями.

Пока я находилась в отрешенном состоянии, мою дверь каким-то образом открыли.

Я, не обратив никакого внимания на сломанный замок, прошла внутрь. Вера Матвеевна посеменила за мной.

— Кровь надо бы стереть, — бормотала она, принимаясь суетиться.

У меня не было сил сказать ей, что мне хочется побыть одной. Все, на что я была способна сейчас, — это рухнуть на кресло и откинуться на спинку.

Вскоре к моей голове приложили мокрое и холодное полотенце. Подняв руку, я придержала его.

— Спасибо, — поблагодарила я сердобольную бабушку.

Скорую она мне все-таки вызвала, хотя я до последнего сопротивлялась. Почему-то мне казалось, что приезд медиков окончательно заставит меня поверить, что происходящее сейчас со мной — реальность, а не сон.

Мне поставили сотрясение и велели соблюдать постельный режим и отдыхать.

Когда все, наконец, оставили меня одну, я какое-то время сидела на кровати неподвижно, а потом спрятала лицо в руках и расплакалась.

Не было сомнений — я вернулась в свою первую жизнь. Туда, где я не была королевой, которая спустя пару лет после замужества открыла по всему Элендору множество школ и библиотек. Я больше не была той, кого почитали как Хранительницу знаний, принесшую королевству просвещение.