Книга Неверный. Его вторая семья, страница 91 – Марго Лаванда

Безумно истосковался. Люблю ее, это ничем не вытравить. Но тем не менее, приходится заставить себя покинуть дом Эльзы.

Чем больше буду давить – тем будет хуже, это я способен понять. Поэтому, последующие недели держусь на расстоянии.

Пришлось пойти на условия, которые выставила Эльза. Приехала ко мне в офис и показала график, по которому я могу навещать дочь. Что ж, для начала это уже кое-что. Мне необходимо видеть Агату, я хочу присутствовать в жизни дочери постоянно.

Марика, разумеется, в эти промежутки времени предпочитает находиться вне дома. Она редко бывает в офисе, и я с ума схожу от желания увидеть её. Но на последнем совещании она сидела рядом с Архипом, партнёром Томаса, тот без конца наклонялся к ней, брал её за руку, а я свирепел молча, хоть и не показывал виду. Но понимал, что все ближе к грани, могу взорваться в любой момент. Да, это мое наказание. Видеть любимую рядом с другим. Я прекрасно это понимаю, не спорю, заслужил.

Только контроль дается все тяжелее.

— Мам, перестань уже плакать, – морщусь.

Не виню ее ни в чем, хоть и понимаю, что возможно она догадывалась о кознях Рустама. Покрывала младшего сына в чем-то.

Это уже неважно. Претензии у меня только к самому себе.

Мы никогда не были сильно близки с матерью. Куда больше я всегда тянулся к отцу. Но и он швырнул меня в итоге в неразрешимое болото проблем.

— Как я могу не плакать? Ты хоть понимаешь сколько времени я страдала, что мой сын погиб? Как ты мог поступить настолько жестоко? В голове не укладывается!

— Другого варианта не было. Иначе я бы стал реальным мертвецом.

— Как это все ужасно! Мои дети! Вы же братья! Но стали врагами! Теперь пропал Рустам, и я не знаю что думать. Нас выгнали из дома. Не понимаю куда делось наследство Зарифа! Что Рустам с ним сделал? Тесная квартира – все что осталось. Жанна хочет отправить меня в приют. Они уже приезжали, пытались подсунуть мне договор. Мне было так страшно.

Мать сильно похудела, осунулась. Сердце колет, не могу видеть ее такой. В этом есть и моя вина. О Марике я позаботился. Мать оставил на Рустама. Он всегда был ей ближе. Любимый сын. Так как он допустил, что она в настолько ужасном состоянии? Словно на двадцать лет состарилась, с тех пор как я видел ее в последний раз.

— Ты едешь со мной. Больше не увидишь Жанну. С ней я разберусь. Как и с Рустамом.

— Этого я и боюсь! Он же твой брат, Айсар. Так нельзя… – рыдает еще сильнее.

— Не доводи себя. Сама знаешь, тебе нельзя так нервничать.

— Умоляю, пощади своего брата! Он непутевый, да. Но родная ведь кровь.

Морщусь. Откладывал визит к матери до последнего. Понимал, что это будет невероятно тяжело. Я конечно следил за ее жизнью, мои люди регулярно приносили отчеты. От братца всего можно было ожидать. Мог и мать родную выгнать из дома. Нет, не выгнал. Хотя жил остаток семьи Багировых несладко. Все время ругань, конфликты. Рустам пытался удержаться на плаву, когда понял, что активов, на которые он рассчитывал после моей смерти, нет.

Сочувствия я к брату не испытываю ни капли. За что боролся, как говорится.

Но мать не брошу.

С ней решу, а вот Жанна… Эту бабу вообще не могу видеть, потому что понимаю, могу не сдержаться, прибью тварь. Рустам все вовремя понял, сбежал. До последнего интриговал, пытался найти какой-то выход, когда понял, что я вернулся. Потом просто исчез, оставив женушку на произвол судьбы. Предательство брата навсегда останется незаживающие раной. Но сейчас я не хочу думать об этом. Надо двигаться дальше, восстанавливать свою семью. Остальное подождёт.