Книга Бывшие. Тайная дочь олигарха, страница 2 – Марго Лаванда

Невольно подхожу ближе после такого заявления. Огибаю стойку. Надо же убедиться, что ребенок в безопасности. И вообще, где правда эта мамаша? Разве можно оставлять таких мелких без присмотра? Органы опеки по ней плачут!

Девчушка, оказывается, стоит на табурете. Довольно хлипком.

Смотрит на меня, хлопает длиннющими ресницами и выглядит так, словно сейчас расплачется.

— Что случилось? — спрашиваю не слишком заинтересованно. Дети для меня незнакомый и чужеродный вид. Не то чтобы боюсь, просто как-то повода не было познакомиться ближе. Я все больше по цифрам, сделкам и миллиардным контрактам.

— Мороженое, — всхлипывает девочка. — Шоколадно-вишневое. Очень вкусное! Упало… — вздыхает скорбно. — На меня… На платье. И на пол.

— Сочувствую. Твоя мама здесь работает?

— У мамы много дел. Я могу вам помочь! — говорит вдруг уверенно, поправляя бант, на котором тут же появляются белые пятна.

— Вряд ли. Мне нужен взрослый.

— Я уже взрослая. Мне пять! — сообщает с достоинством, будто предъявляет диплом Гарварда.

Протягиваю платок, который достаю из кармана. Странно, мне эта девчушка кого-то напоминает…

Девочка берет платок, трет щеку, но лучше не становится.

— Ты можешь позвать свою маму? — спрашиваю терпеливо.

— Только когда приберусь тут. Можете мне помочь? Пол умеете вытирать?

— Точно нет, — поражаюсь такому предложению. Олигархи таким точно не занимаются — иронизирую про себя.

— Вы вредный, — сообщает, глядя на меня так, как будто я только что разрушил ее воздушный замок.

Отворачиваюсь, чтобы написать сообщение Роберту, как вдруг слышу:

— Ай!

Все происходит за секунду: девочка теряет равновесие, машет руками, как маленький ветряк…

Ловлю ее буквально в воздухе, прижимаю к себе, оказываясь в липких объятиях.

— Отлично, — бормочу сквозь зубы. — Армани, шоколад и вишня. Сочетание бомба.

— Простите… — шепчет виновато, утыкаясь в мое плечо.

Ставлю ребенка на пол, выхожу из-за стойки. Да где эта пропащая мамаша?

Снова оглядываю ущерб. Пиджак в сахарной катастрофе. Сменный костюм я не брал, на два дня мне достаточно одного. Вот знал же, что ничем хорошим возвращение в родные пенаты не закончится! Надо было помощника послать. Это все старый упрямец Роберт. Зациклился, что я лично должен поехать!

— Где у вас туалет? — спрашиваю проходящего мимо рослого детину с двумя чемоданами. Явно работник — чемоданы розовые.

— Вон туда, направо, — бурчит, не глядя на меня.

— Гриша! Помоги! — детский плач из-за стойки.

Детина бросается к девочке.

— Лиска? Че случилось? Ох, ну и влетит тебе! Сказал же, лопай аккуратно!

— Прости-иии, — продолжается горький рёв.

— Да ладно, идем, умоемся, — уводит ребенка.

Мне везёт — туалет для персонала видимо тут отдельный. Потому что я в уборной один. Парочка удалилась в другую сторону, что меня полностью устраивает.

Из зеркала на меня смотрит взрослый, респектабельный мужчина с остатками мороженого на лацкане. Я хмыкаю.

Отлично, Тимур. Блестящее начало.

— Всего два дня, — бормочу себе под нос. — И спасибо этой неуклюжей пигалице с бантом. Я теперь точно знаю, что не хочу стать отцом. Ни за что на свете.

Когда возвращаюсь в холл, девочки уже нет. Стойка регистрации пуста. Заглядываю за нее — мороженое все еще размазано по полу, словно след кометы.