Книга Развод. Разбитые мечты, страница 39 – Марго Лаванда

Она вбила мой номер в свой телефон, быстро перепроверила:

— Все, записала! Я позвоню. У меня, кстати, двое детей: пятилетний сорванец Егор и семилетняя барышня Лиза. Если захочешь, сходим в парк, погуляем, поболтаем. Если я конечно тебя не шокировала своей деревенской прямотой, — кривит лицо, вспоминая Ольгу.

Улыбаюсь искренне. И понимаю, что мне ужасно приятно, и я хочу снова увидеть Марину. Это неожиданно, после всех этих напряженных разговоров, взглядов, Марина — как глоток воздуха. Легкая, искренняя, настоящая. Я чувствовала, что общение с ней может стать чем-то теплым в этом чуждом хищном мире.

— И еще, — прошептала она на ухо, шутливо толкнув локтем, — держи своего красавца покрепче. Такие на дороге не валяются. Видела, как на него смотрят? Особенно эта стерва Ольга. Как будто уже мебель выбирала для их общего гнезда. Будь начеку!

Она рассмеялась и помахала на прощание.

Машина, мягкий полумрак салона. Мы едем молча. Только шорох шин, да редкие огни на обочине. Я смотрю в окно, но чувствую, что Габриэль наблюдает за мной.

Тишина начинает давить на меня.

— Как тебе вечер? — спрашивает Симон лениво.

— Ты привез меня на этот пафосный прием, чтобы я увидела, каким успехом ты пользуешься у женщин? — спрашиваю с вызовом, вопросом на вопрос.

— Так… — голос с оттенком улыбки, — ты приревновала?

Медленно поворачиваю голову. Габриэль смотрит на меня спокойно, будто ничего особенного не сказал.

— Нет, — отвечаю с достоинством, хотя сама слышу, как звучит это «нет»: слишком быстро, слишком резко.

— Правда? — тянет он, чуть наклоняясь ближе. — Уверена?

— Я от всей души желаю тебе счастья с этой самовлюбленной актрисой! — и тут же жалею, что это сказала!

— Серьезно? К Ольге, значит? Она не в моем вкусе, — говорит Габриэль, усмехаясь и не сводя взгляда с дороги. — Хотя, она конечно, хороша. Не ревнуй, Кира. Нет повода.

Пауза.

— Надеюсь больше таких мероприятий не намечается? Там все пропитано фальшью. Почему меня так задело, что он похвалил эту Ольгу? Ну какая мне разница??

— Ты отлично справилась. И ты права. Там все как в театре.

— Но ты добился своих целей? Надеюсь все было не зря. Столько на платье потратил.

— Ты удивительно язвительна сегодня, — снова усмехается. Видимо, все-таки приревновала.

Я отворачиваюсь к окну. Смотрю на город, где огни размываются в тумане, и думаю, что ревность, это, пожалуй, самое непростое чувство. Оно означает уязвимость. Я сейчас — слишком уязвима. Слишком открыта перед этим человеком, который умеет вести себя так, будто держит все под контролем… даже меня. Я слишком зависима от него.

И в этом — опасность.

Дорога подходит к концу, и я этому рада. С завтрашнего утра можно будет вернуться к графику молчаливых соседей по квартире.

Габриэль отпирает дверь и пропускает меня вперед. В прихожей мне чудится тревожная тишина, нарушаемая только тоненьким всхлипыванием, доносившимся из детской. Мое сердце мгновенно сжимается.

— Это Арина? — бормочу, и поспешно бегу по коридору. Сначала мою руки. И сразу в детскую. Дверь приоткрыта. Сквозь полумрак вижу, как Елена баюкает на руках заплаканную малышку, тихо шепчет что-то ласковое, покачивая. Стоит мне подойти ближе, девочка, будто чувствует мое появление. Затихает, издав сдавленный всхлип.