Книга Босс-оборотень для Белоснежки, страница 40 – Марго Лаванда

— Нет, умоляю.

— Но Алисия…

— Я никогда больше ни словечка тебе не расскажу! Пойми, я не в опасности. А Эрик – да. Я должна помочь ему.

— Как ты можешь ему помочь?

— Не знаю, но найду способ.

Мне удалось отделаться от крестной и в то же время взять с нее клятву, что она не станет вмешиваться в мою работу. Я с ума сходила от мыслей от Эрике. Что он подписал в том доме? Воспоминания о вечере в доме Деймона были покрыты туманом, я никак не могла найти ниточку, чтобы распутать клубок. Одно меня кололо, мучило. Кажется, Деймон хочет, чтобы Эрик кого-то убил. Собственноручно. Зачем ему это? И как мне исправить эту ситуацию? Что я могу?

Утром следующего дня выглядываю из окна офиса, испытывая ощущение, что парю над городом. С последнего этажа, кажется, можно разглядеть самые укромные уголки нашего небольшого городка, увидеть все его тайны. В окнах, окружающих Черный Банк домов, отражается утреннее солнце.

Ослепленная яркими бликами, отворачиваюсь и вытираю слезы.

Нет, упрямо повторяю сама себе, я не плачу, это всего лишь реакция на солнечный свет. Я больше не буду слабой. Не буду потакать своему недостатку.

Поэтому отбросив переживания и сомнения отправляюсь к Тэм. Она встречает меня тоже возле окна, похоже и ей нравится открывающийся вид. Еще бы – банк самое высокое здание в городе.

Отойдя от окна, бабушка Эрика садится за рабочий стол, берет в руки бумаги. А потом, словно вспомнив о моем присутствии, поворачивается ко мне.

— Итак, дорогая, слушаю тебя. Что натворил мой внук?

Чувствую себя растерянной и дезориентированной.

— С чего вы взяли что он что-то натворил?

— Ну, ты пришла ко мне, и я так понимаю с жалобой. От Эрика я всегда жду неприятностей, он очень своевольный. К сожалению.

— Вообще-то я не поэтому пришла, – смотрю Тэм прямо в глаза и произношу твердо. – Наоборот. Я пришла попросить вас снять заклятие.

Трудно понять по лицу женщины, удивлена она или нет. Ее лицо сейчас – непроницаемая маска.

— Ты меня удивила, деточка. Очень. Трудно поверить, что это не происки моего внука. Ты можешь не бояться. Признайся, это он прислал тебя?

— Нет! Пожалуйста, не подозревайте его ни в чем! Он замечательный!

— Возможно когда-то он и был таким. Но многое изменилось. Теперь душа Эрика почернела. От горя. От потери. Я не знаю. Могу лишь сказать, что ты очень порадовала меня, деточка. Очень. Понять, что кто-то верит в моего внука, считает его хорошим. Я думала ты боишься его. Он так вел себя.

— Нет, боялась, но больше нет…

— Хорошо. Но прости, я задам еще вопрос. Что изменит снятие проклятия? Ваши отношения? Ты влюбилась в Эрика?

— Не знаю… Не знаю, что изменит. Возможно, просто сделает для нас равными условия. То есть, я понимаю, что мы не равны, но если он хочет коснуться меня – несправедливо ему запрещать.

— Почему несправедливо? – Тэм прячет улыбку. – Это ведь защита. И ты не ответила на мой вопрос о влюбленности. Я угадала?

— Нет!

— Слишком поспешный ответ.

— Вовсе нет. Вы спросили много всего, я лишь замешкалась потому что формулировала…

— Если нет – я только рада, милая. В этом плане боюсь сердце Эрика – выгорело дотла. Я бы хотела верить, что это не так. Но проверять на невинных девушках ему не позволяю.

— А были попытки? – произношу и тут же осекаюсь.