Книга Бунтарка для альфы, страница 62 – Марго Лаванда

Высвободившись из объятий Кейсера, задираю голову вверх. Пусть еще раз этот урод Давид насладится зрелищем, так ему отвратительным. Превращением в зверя.

Луна как раз над нами, взошла, развеяв тени. Заливает овраг своим магическим сиянием. Мое обращение занимает всего пару минут, и вот я дикая, свободная, наслаждаюсь единением со зверем внутри. Ощущаю мир, краски, запахи вокруг, во стократ ярче и насыщеннее.

Давид визжит, орет, плачет. Его последние минуты наполнены мольбами и стонами.

Моя шерсть в крови, я рву, кусаю, вкушая кровь врага. Моя цель завершена, тяжелейшее бремя сброшено. Нет, я никогда не смогу восстановить часть себя, что умерла вместе с моим кланом. Но я сделала все, чтобы отомстить. И это даст мне силы жить дальше.

Мы возвращаемся к замку Белоснежки на рассвете. Внутри уже начинает просыпаться жизнь, хлопочут слуги, но нам удается пробраться в мою комнату незамеченными. Хотя, возможно, я ошибаюсь, и просто слуги Алисии и Эрика привычны к такого рода вещам — когда два волка, испачканные грязью, кровью, крадутся в свои покои, и предпочитают в такие моменты прикидываться невидимками…

Первым делом возвращаемся в человеческую ипостась. Кейсер первым залезает под душ, а я смотрю на себя в большое зеркало. У меня ощущение что сбросила десяток лет, круги под глазами разгладились, морщинок стало меньше. Кровь врага творит чудеса…

— Пойдем, я потру тебе спинку, Алекс, — Кейсер оказывается позади, мокрый, теплый от воды. Он целует меня в затылок, смотря в зеркало.

— Ты в порядке? — спрашивает с тревогой.

— Просто отлично. А ты?

— Замечательно. Лучше не бывает.

Он прижимается подбородком к моей макушке.

— Мы закончили миссию? — спрашиваю с сомнением. — Если да… что теперь будет? Возвращаемся обратно?

Он снова станет моим наставником, отстранится от меня…

— Нет, мы не вернемся, — задумчиво говорит Кейсер.

— Но что тогда?

— Как насчет купить дом, похожий на этот? Завести слуг, собак, детишек?

— Именно в такой последовательности? — иронизирую, чтобы скрыть горячую волну, что затапливает грудь. — Странный способ предлагать руку и сердце, не находишь? Ты мокрый, я… грязная. Мы голые, в ванной…

— Я никогда не умел всего этого, Алекс, — вздыхает Кейсер. — Надеюсь, ты простишь меня…

На самом деле, меня не волнует обстановка. Скорее то, что он не сказал ни слова о любви.

Впрочем, Кейсер куда красноречивее доказал мне свою любовь делами.

— Я согласна. Главное, чтобы ты не покидал меня — никогда.

— Это я тебе обещаю, — кивает любимый, подхватывает меня на руки и несет под душ.

* * *

— Тайное возвращение ночью, — фыркает Белоснежка, отчитывая мужа за завтраком. Эрик терпеливо сносит подколы жены — на его коленях сидит сын. Невероятно умиротворяющая картина.

— Что скажешь, Алекс? — ищет моей поддержки подруга.

— Я рада, что они вернулись, — произношу скромно.

Мое поведение удивляет Алисию. Она смотрит на меня внимательнее.

— Не ожидала, подруга…

— В смысле?

— Ну… я думала ты тоже сердишься. На Кейсера. Ты такая… такая странная сейчас.

— Она выглядит счастливой, Алисия. Что тебя в этом не устраивает, — мягко посмеивается Эрик.

— Нет, этому я конечно же очень рада! — обиженно восклицает Белоснежка. — Ладно, проехали! У нас куча дел сегодня, не будем рассиживаться.