Книга Человек, который не хотел любить, страница 168 – Федерико Моччиа

Мария Тонделли молчала.

Савини продолжил:

— Твоя семья, твои братья, все твои бывшие любовники – они узнают всё. И я не остановлюсь, пока ты не упадешь на колени и не начнешь умолять меня перестать…

Мария вдруг резко опустилась на диван, обхватила голову руками и заплакала. Она была в отчаянии. Танкреди и Савини дали ей немного времени.

— Ну?

Затем Мария Тонделли заговорила:

— В ту ночь, когда Клодин покончила с собой… – она посмотрела на Танкреди, – вы вернулись на виллу, чтобы переодеться, а затем снова уехали.

Танкреди с болью вспомнил этот момент:

— Да, а ты, как и вся другая прислуга, находилась во флигеле. Но больше не было никого.

Затем Мария опустила голову и глубоко вздохнула. Она всегда знала, что рано или поздно этот момент настанет. Она подняла голову и посмотрела Танкреди прямо в глаза, признавая, что существует правда, которую она скрывала от него все эти годы.

— Нет, всё было не так. В тот вечер, когда вы ушли, появился он.

Прошло несколько часов. В тишине больничной палаты Софии ничего не оставалось, как подводить итоги своей жизни. Что произошло, чего не случилось, что ещё могло случиться и как она изменилась. Она занималась тем, чего большинству людей так и не удаётся сделать за всю жизнь.

Смело остановиться, задаться вопросом и узнать о себе всё до самого конца.

Она вспоминала те пять дней, как будто заново переживая каждый из них в отдельности. Она просыпалась и пыталась восстановить в памяти всё: отъезд, прибытие, встречу, виллу, комнаты, гостиную, аперитив, ужин, поцелуй. То, что было после поцелуя. Она не могла поверить – это было совсем на неё не похоже. Она никогда бы не подумала, что может с таким энтузиазмом заводить отношения с незнакомцем – с человеком, которого до этого видела всего пару раз. Быть настолько близкой с ним, не ограничивать себя ни в чём, что приходило ей в голову. Она не стеснялась своего тела, тела Танкреди, она отбросила все запреты, любой стыд и смущение. По-новому. Да, это была новая София, смелая, свободная, целеустремленная, – такая, какой она никогда не была за всю свою жизнь, ни с кем до Андреа или вместе с ним. Как будто бы она открыла какую-то дверь и внезапно оказалась лицом к лицу с женщиной с таким же, как у неё, именем, фамилией, даже тем же лицом и телом, но совершенно не похожей на неё во всём остальном: макияж, причёска, голос, тон и манера речи. Где она была все эти годы? Почему она никогда не встречала её раньше?

Она вышла из комнаты и, тихо закрыв дверь за собой дверь, прошла по длинному коридору. В широкое окно было видно несколько небоскрёбов. Далёкие облака, казалось, застряли между этими зданиями. Она шла дальше. По коридору раздавался только стук её каблуков. Не было слышно ни звука, ни голоса, ни шороха: двери закрыты, никаких указателей и даже никаких растений. Это был идеально чистый, холодный коридор.

В конце она увидела дверь с непрозрачным стеклом. За ней кто-то двигался. Должно быть, это были медсестры, которые работали на этаже – по утрам прибирались в палатах, приносили и забирали подносы с едой. Они были готовы помочь в любой момент.

София прошла дальше и оказалась у лифта. Она прочитала табличку, где было написано, что находится на каждом этаже. Найдя наконец то, что искала, она зашла в лифт и нажала на кнопку. Это было необходимо. Спустившись на первый этаж, она вышла из лифта и продолжила идти дальше. Вскоре она остановилась перед дверью. Она медленно открыла её, стараясь никого не побеспокоить. Часовня была почти пуста. Только справа стояла пожилая женщина. Она стояла на коленях и перебирала чётки в руках. Прошло восемь лет с тех пор, как София в последний раз была в месте для молитвы. В тот раз решалось, будет ли Андреа жить дальше.