Книга Человек, который не хотел любить, страница 112 – Федерико Моччиа

София кивнула:

— Это так. Просто поверь мне.

Оля покачала головой:

— Какой-то мужчина хочет столько заплатить тебе за твою музыку?

— Нет, ему нужна моя душа.

— В таком случае, ей нет цены. Он должен это знать.

София улыбнулась, затем протянула руку, взяла её ладонь в свою и крепко сжала:

— Однажды мы вернемся в Россию… Но только как туристы.

Оля посмотрела на неё, кивая:

— Как ты пожелаешь.

— Вот увидишь, мы проведём время в сто раз веселее.

— Мне всегда весело, когда ты играешь. В такие моменты мне кажется, будто я совершаю кругосветное путешествие.

Оля отвернулась и, снова положив руки на сумку, стала смотреть в окно. До церкви они ехали в полном молчании.

Грегорио Савини вошёл в кабинет адвоката Гварнери. Тот сидел в кресле за столом, разочарованный своей неудачей.

— Ничего не вышло, не так ли?

— Нет.

Доктор Воронов развёл рукам:

— Это был бы отличный концерт. Я не думал, что она так прекрасно играет. А кроме того, вы предложили ей просто сумасшедшую сумму.

Савини засунул руки в карманы:

— Она должна была быть как минимум вдвое больше.

Затем вошел Танкреди:

— Для неё это не вопрос денег. Для неё это дело принципа.

Гварнери посмотрел ему прямо в глаза:

— Тогда, думаю, всё куда сложнее, чем я ожидал. Она поняла, что за всем этим стоите вы.

Танкреди был удивлен:

— Почему вы так думаете?

— Она сказала мне: «Скажи своему боссу, что он поклялся оставить меня в покое». – Затем он улыбнулся Танкреди: – Нам удавалось заключать отличные сделки и с гораздо более сложными и недоверчивыми людьми.

Танкреди был очень развеселён и плюхнулся на диван:

— Очень хорошо. Игра становится всё интереснее. Нам просто нужно найти то, чему она не сможет отказать.

Грегорио Савини обеспокоенно посмотрел на него:

— Но разве существует что-то подобное?

Танкреди налил себе немного воды:

— Если есть, то вы это обязательно найдёте. А если нет, то сделайте так, чтобы оно появилось. Вам за это платят.

— Я не видела их уже больше двух лет. Я очень по ним соскучилась.

София закончила собирать сумку.

Андреа смотрел на неё мирно, с любовью:

— Конечно. Я рад, что ты решила поехать. И рад, что тебе удалось найти замену.

— Ага.

Екатерина Захарова вновь смогла заменить её на три дня. София вздохнула с облегчением. Её не будет в выходные и вернётся она только в воскресенье вечером.

— Пока, дорогой. Я позвоню тебе попозже.

Она легонько поцеловала его в губы.

Он остановил её, прежде чем она совсем оторвалась от него:

— Ещё разок. Мне всегда мало твоих поцелуев.

Они снова поцеловались. Андреа прижал её губы к своим, как будто бы не хотел вовсе отпускать, как будто бы она была нужна ему рядом, даже просто чтобы дышать. И затем они оторвались друг от друга.

— Я позвоню тебе, как приеду.

Такси уже стояло возле дома. По дороге в аэропорт не было пробок, и рейс тоже вылетел вовремя. Родителям она ничего не сказала, только позвонила несколько дней назад, задав самые обыденные вопросы:

— Как дела? Всё хорошо? Папа отдыхает? Что ты делаешь в среду?

— Мы дома.

Ну да, а что ещё им было делать? Её родители почти никогда никуда не выезжали, а с тех пор, как вернулись жить в Испику, их краткие, но частые визиты в Рим стали случаться всё реже и реже, пока не прекратились совсем.