Книга Хороший день для шардоне, страница 31 – Даринда Джонс

Ага. Он будет отличным дополнением.

— Согласна. — она не могла не задаться вопросом, остался ли у Леви нож, который он использовал против одного из нападавших. Может быть, спрятан в кепке. Ей следовало бы обыскать его, когда была такая возможность.

Мэр вышла из кабинета Сан как раз в тот момент, когда она в десятый раз отправляла Леви сообщение. Она без колебаний арестовала бы его за препятствование, если бы он взял с собой нож. От одной только мысли об этом у нее перехватило дух. Устранение улик с места преступления может повлечь за собой серьезные обвинения.

— Почему ты не позвонила мне? — спросила она.

Сан удивлённо подняла глаза. — Потому что ты сказала мне остановиться.

Красавица, известная как Донна Ломас, всего на пару лет старше Сан, носила пышную белокурую шевелюру, квадратные очки в проволочной оправе и приталенный брючный костюм тёмно-синего цвета, который подчёркивал её изгибы и делал похожей на бизнес-леди из Нью-Йорка.

Ее боб раскачивался, когда она в расстройстве качала головой. Как могла эта женщина выглядеть так, словно только что вышла из салона в такой час?

— Я же просила тебя перестать звонить мне по каждому мелкому некатастрофическому поводу. Это была поножовщина. В моем городе. И никто мне не позвонил.

Уперев кулак в бедро, Сан ответила:

— Сначала ты говоришь, чтобы я звонила тебе каждый раз, когда происходит какое-то происшествие. Потом ты говоришь мне не звонить тебе. А теперь ты говоришь, чтобы я позвонила тебе? — когда мэр лишь сверкнул глазами, Сан добавила: — Я просто хочу все сделать правильно.

— Ты звонила каждый раз, когда кто-то получал порез бумаги.

Сан нахмурилась и посмотрела на свой палец.

— Это было очень глубокое ранение.

Признаться, Сан, возможно, зашла слишком далеко, особенно в связи с чрезвычайной ситуацией с порезами бумаги в три часа ночи, но она испытывала странное чувство удовольствия, когда подшучивала над женщиной. Если она не хотела, чтобы её вызывали по любому поводу, ей не следовало просить Сан делать именно это. Ей нужно было научиться тщательнее выбирать слова.

Мэр повернулась на месте и уставилась в кабинет Сан, якобы пытаясь совладать с гневом, но Сан решила, что это больше связано с её собственным мастерством в декорировании и присущей мэру потребностью подражать ей. Если она увидит хоть одно рождественское украшение шерифа Хоппера, когда в следующий раз зайдёт в кабинет мэра, Сан будет кричать от злости.

Через несколько минут женщина спросила:

— Почему у тебя на столе стоит пустая собачья клетка?

Ее охватила тревога. Она поспешила мимо колючего мэра и остановилась перед входом в маленькую комнату. Конечно, пушистик сбежал. Ящик лежал на стопке бумаг, а ворота болтались на петлях.

— Я использую его как пресс-папье, — сказала она, её взгляд метался по комнате, как шарик в пинболе. Рохас подошел к ней сзади и положил руку на её руку, заставив её подскочить к потолку в позорном проявлении непрофессионализма. Она положила руку на сердце и уставилась на него.

— Извини, босс, — сказал он, проходя мимо нее.

Поскольку он шёл первым, она сразу же простила его. Ей просто не нужен был еще один опыт с лицом и промежностью.

— Нет, нет, все в порядке. — она наклонилась внутрь, сканируя каждый дюйм, прежде чем на цыпочках переступить порог. Не знаю, почему. — Ты его видишь?