Книга Ночь перед ноябрем, страница 42 – Алиса Джукич

Пальцы Дэма потянули волосы Арии у корней, невольно вырвав из девушки глухой, протяжный стон. А его губы тем временем скользнули ниже по подбородку, по острому краю челюсти, туда, где бешено билась жилка на шее. Ария запрокинула голову, ударившись затылком о холодное зеркало, но даже эта боль показалась ей наслаждением. Дэмиен вжался в нее всем телом, втиснулся между ее бедер, и она вдруг почувствовала его дрожь.

— Я боюсь себя… – вдруг начал сбивчиво изливать душу Дэм, оставляя влажную дорожку из поцелуев на чувствительной коже. Его ладонь опустилась на щеку девушки, опалив ее жаром.

Ария поверхностно дышала, точно пробежала марафон, и все еще никак не могла поверить в произошедшее. Черт, да в призрак незнакомки ей верилось легче, чем в поцелуй с Гарсией.

— Отец с детства воспитывал во мне бессердечие, учил, что любые яркие эмоции – это слабость, которую нельзя допускать. Я – наследник юридической империи Гарсия, и я должен был научиться держать все в ежовых рукавицах: бизнес, конкурентов, деньги, семью. Из-за вечных ссор с родителями я тихо их ненавидел и завидовал беззаботной Вивьен, которую они растили с точностью до наоборот. Однако я не мог злиться на младшую сестру, ведь она тоже была заложницей судьбы, как и я. Не знаю, замечала ли ты напряжение в нашей семье, когда гостила у нас… А тот чертов щенок был единственной отдушиной, существом, которое вопреки всему могло дарить мне любовь и не ждать от меня великих свершений.

Ария дернулась и быстро заморгала, смахивая с ресниц слезы. Родители Дэмиена всегда производили впечатление добрых и приветливых людей, она даже подумать не могла, что они могли быть так грубы с единственным сыном.

Только не плакать и не впадать в самобичевание! Только не сейчас!

Пока девушка мысленно пыталась держаться, Дэм поглаживал ее большим пальцем по щеке, продолжая говорить:

— Из-за твердого желания сделать меня идеальным на роль его заместителя отец не скупился на строгое воспитание. А я замкнулся в себе, закрылся от всего мира и уже не мог адекватно воспринимать привязанность к кому-то. Для меня глубокая увлеченность девушкой стала самым крупным провалом, когда я понял… что не так уж и тверд. Что все нравоучения отца, его, хм… наказания за проступки, – тут Гарсия шумно сглотнул, словно проталкивал в горло ком тяжелых воспоминаний, – так и не сделали из меня непоколебимую статую. Я позволил себе влюбиться… Давно. – Дэмиен прекратил поглаживания и на пару секунд зажмурился, чтобы набраться сил перед следующим признанием: – Я не хочу сломать своей избраннице жизнь, ведь во мне нет ничего, что она заслуживает. За что могла бы полюбить… Кроме денег и смазливой внешности, доставшейся от тирана-отца, я – пустота. Поэтому мой главный страх – быть отвергнутым ей, как когда-то родителями.

До истерики Арию отделяла минута. Она настолько запуталась, что уже не понимала: почему после страстного поцелуя с ней Дэмиен вдруг решился излить душу о любви к другой.

Речь ведь шла не о ней? Это какой-то бред…

Гарсия поднял на нее затравленный взгляд, в котором проскользнула надежда. Несмотря на разрывающую душу бурю, Арии захотелось его утешить, подарить частичку тепла и понимания, которой его лишили в детстве. Ведь она как никто другой понимала, как даже во взрослом возрасте не хватает родительской заботы.