Книга Моя Академия 5, страница 16 – Евгений Син, Валерий Листратов

— Кажется, я немного поняла, — отзывается Олеся. — Это не молния, а медицинская техника возбуждения нервной системы. Вообще-то полезная, но очень неприятная. С помощью этой техники раскачивают реакции магов, и не только.

Неожиданно. Не ожидал, что девчонка в курсе.

— Единственный минус техники — она слишком неприятная, — поясняет сокурсница. — Говорят, что при прохождении полного курса, увеличивается скорость реакции процентов на пятнадцать, правда, работает только на молодежи. Да и, по идее, этих же результатов можно достичь тренировками.

— Кажется, наши кураторы решили совместить неприятное с полезным, — хмыкаю. — Как это на них похоже.

Не сказать, что я хоть немного удивлён.

— Так, давайте подумаем, какие ещё есть варианты? — предлагаю. — Если два полукруга — не одновременный удар, — размышляю вслух. — Может быть, нужно вложить меньше или больше усилий в каждый из ударов?

— Может быть, но следом, видишь, идёт вода, — Макс показывает на незаметное с первого взгляда голубое обрамление. — Предлагаю попробовать приложить минимальное усилие для формирования глифов. Так, чтобы он не смог ничего поразить, но при этом активировался.

— Макс, это половина от вложенной магии? — уточняю.

— Нет, меньше… — прикидывает парень.

— Значит, так делать нельзя — тут нарисована примерно половина, — говорю. — Ее и вкладывай.

— А мне что делать? — спрашивает Олеся. — Голубая линия занимает меньше всего места.

— Просто держи еле заметный водный глиф. Любой, — отвечаю девчонке. — И, кажется, мы начинаем интенсивно обучаться, — нервно улыбаюсь. — Думаю, должно сработать.

Держу огненный росчерк примерно в половину силы. Макс настраивается чуть дольше. С непривычки почувствовать баланс не так-то просто. Где-то с пятого раза, периодически стреляя в пол, парень кивает, что готов.

Бахаем по мишени, и в этот раз дверь действительно проваливается.

— Ну вот, похоже, мы угадали, — говорю.

Собственно, на разгадку подобных ребусов у нас уходит большая часть сдвоенного урока. Да, в целом ничего сложного, но ребусы каждый раз новые, и каждый раз цветовая кодировка отличается друг от друга. Весьма часто в нас прилетают разряды псевдомолний.

— Да сколько можно? — возмущается Аглая после очередной ошибки. Каждый из нас выхватывает по молнии. — Мы же все угадали правильно, кроме последовательности.

— Думаю, в этом и суть, — объясняю. — Неважно, какая именно ошибка. Важно, что она может стать фатальной для группы. Поэтому наказания одинаковые.

На десятом и одиннадцатом ударе девчонки некоторое время отсиживаются на полу возле двери. Марк и Макс остаются на ногах, как и я, но удовольствие ниже среднего. Когда все части тела начинают жить своей жизнью, тренировка перестает приносить удовольствие.

Провал за провалом настигает нас примерно через дюжину дверей. К чистым ударам стихий добавляется смесь стихий. Да, физрук об этом говорил, и мы даже запомнили, но что толку? Применить едва понятную схему не получается ни с первого раза, ни со второго.

— Ну и что мы делаем не так? — спрашивает Аглая по внутренней сети. — Чего он от нас хочет? Невозможного?

Одновременно со словами девчонки включается временной таймер.

— Что-то около того, — подтверждаю. — Пробуем ещё раз, но в другой последовательности!