Книга Моя Академия 6, страница 108 – Евгений Син, Валерий Листратов

— А остальных? — переспрашивает боец.

— Остальных тоже, — звучит ответ.

Бойцы с явным профессионализмом отделяют сначала головы существ, потом кисти с когтями. Вытаскивают другие нужные запчасти. Резак, вроде, как по действию похож на вибромеч из фантастики. Очень тонкое лезвие легко входит в броню существа и аккуратно отделяет каждую часть. Бойцы сразу же упаковывают все ингредиенты в серебристые пакеты. Один из бойцов поочередно стаскивает их в рубку.

Директор внимательно следит за работой военных. Наверняка у него самого чешутся руки принять участие в разделке. Но не зря же он предложил разделить выручку. Да и теперь понятно, почему Генрих Олегович спрашивал, хватит ли места в вездеходе. Все добытые ингредиенты довольно объемные. Даже с учетом усиления брони, бойцы за раз могут отнести только один комплект в серебристом пакете.

Сама разделка существ, как ни странно, занимает от силы минут пять. Мне всегда казалось, что этот процесс куда дольше.

— Быстро они, — замечаю.

— Когда знаешь, что брать, можно и быстрее, — отвечает директор. — Это они еще копаются. Мы бы с Германычем справились раза в два быстрее. Им-то такие твари редко достаются — слишком опасные.

Генрих Олегович вздыхает, но военным не говорит ни слова. Помогать с погрузкой тоже не спешит. Директор не подает виду, но я и сам понимаю — выложился он сейчас знатно, так что все силы сейчас идут на восстановление.

Погрузка заканчивается. Теперь вездеход конкретно переполнен. Если бы взяли второй контейнер — пришлось бы идти до Академии пешком. Пара десятков коконов с бойцами, наш контейнер с нитевым монстром и серебристые запчасти с ингредиентами занимают практически все свободное место.

— Поместимся, не переживай, — говорит директор, будто читая мои мысли. — Поверь, это того стоит. Ехать осталось не так долго.

Перед отправкой бойцы делают странную вещь. Они берут одну из тварей и делают на её шкуре свежий надрез. На землю тонкой струйкой стекает кровь. Этой кровью бойцы щедро пачкают борта вездехода. Остатки монстра оставляют на земле. Без голов и лап так сразу и не разберешься, что существо раньше напоминало крокодила.

— А это зачем? — удивляюсь.

— У тварей прорыва очень чувствительное обоняние, — объясняет военный. — Если будет понятно, что мы победили вот этих. — Боец кивает на трупы. — Редкая скотина захочет попробовать на зуб нашу машину. Теперь они с большим энтузиазмом будут разбегаться в разные стороны, лишь бы тоже не оказаться размазанными по борту. Такие же тройки монстров нас точно не тронут. Как бы то ни было, они довольно умные.

— Понятно, — киваю. — Но на всякий случай готовимся к очередному нападению?

— Лучше всегда быть готовым, — отвечает боец. — Мы всего лишь делаем все возможное, чтобы избежать ненужных столкновений. Дальше — как карта ляжет.

Здесь им виднее. Хотя, как по мне, запах масла и топлива, скорее всего, перебивает запах всякой крови. Но бойцы тут живут и служат не первый месяц и не первый год. Думаю, знают, что делают.

Садимся в вездеход. Директор пропускает меня первого. Занимаю, нам мой взгляд, угол, где меньше всего места. Всё-таки Генрих Олегович повыше меня, и сидеть ему будет еще более неудобно. Места тут больше нет от слова совсем.

Трогаемся.

— Мне, на самом деле, интересно, — говорю. — Почему в каждом прорыве все твари разные? А вот эти вот, — показываю на разобранных существ в серебристых пакетах. — Попадаются каждый раз.