Книга Моя Академия 7, страница 47 – Евгений Син, Валерий Листратов

Мысль на секунду приходит в голову и тут же исчезает — происходящее снаружи становится всё более и более неприятным. Смотрю на директора — в этот раз он начинает заметно волноваться. И только Юрий Олегович безмятежно продолжает создавать сложнейшую вязь. Имперский маг непрерывно водит пальцами и шепчет себе под нос неразборчивые слова. Пространство перед ним загорается, очерчивая рабочее поле. Благодаря это можно увидеть процесс формирования и создания сложной связи глифов.

Даже близко не отслеживаю, какие именно глифы выводит маг. Вижу только то, что он формирует объемную структуру одновременно из нескольких точек. Так же понимаю, что вижу эту структуру только я. Здесь как раз срабатывает мой талант.

Пространство вокруг нас непрерывно сопротивляется воздействию имперского мага. Юрий морщится — кажется, что-то идет не по плану. А вот существам, по всей видимости, теперь несколько легче нас уничтожить — будто им помогает окружающий мир. Весь, кроме земли. Воздух, по ощущениям, становится острым, как ножи. Мир будто идёт складками или помехами, которые пытаются растереть нас в порошок.

Только земля остаётся недвижимой — на нашей стороне. Видимо, она настолько привыкла сдерживать тварей внутри себя, что сейчас никак не реагирует на их зов. Это остаётся единственной константой, потому что весь воздух и пространство определенно сливаются в жутком желании нас убить.

Снова смотрю на директора и понимаю, что в отличие от меня, защита даётся ему крайне непросто. Пот течёт по его лицу градом. Пальцы нервно подрагивают.

— Генрих Олегович, у нас проблемы? — задаю вопрос.

— У нас проблемы, — ровно, но очень напряжённо соглашается директор.

Не до конца понимаю, почему чувствую изменение пространства. И ту опасность, которую оно несёт. Все волнения вокруг заканчиваются, как только касаются моего щита — слабого в сравнении с директорским, но сильного в плане принципа. Похоже, каким-то образом у меня получается стабилизировать окружающее пространство. И значительно серьёзнее, чем мог надеяться. С другой стороны, примерно этого я ожидал. Вспоминаю, как хмарь отдёргивалась от меня, когда проводил рукой по стене. И тропы, где проходил, исчезали медленнее, чем остальные.

— У нас серьезные проблемы, — повторяет директор.

Директор стабилизирует свою часть щита и за мгновение оценивает мою сторону.

— Орлов, можешь увеличить размер своей сферы? — спрашивает он.

— Генрих Олегович, вы же в курсе, что у меня проблемы с магией? — напоминаю. — Я сейчас и так держу на самом максимальном радиусе. Если ещё расширить пелену, то просто не удержу либо глиф, либо пелену.

— Тогда по-другому, — быстро ориентируется директор. — Ларион, ты сможешь удержать сам глиф, если у тебя будет достаточно магии? — интересуется он.

Прикидываю. Вязь держу осознанно, и увеличение радиуса вроде бы ни на что не повлияет, если не отвлекаться. Вроде бы новая техника, а легла как родная. Про остальные глифы не знаю, но конкретно щит, кажется, смог бы держать и дольше.

— Аккуратно подходи ко мне, — говорит Генрих Олегович. — Только Юру не задень — его сейчас лучше не отвлекать.

Делаю шаг в сторону к директору. Тот мгновенно хватает меня за руку — чувствую, как от него идет давление прохладной, совершенно нейтральной магии. При этом Генрих Олегович продолжает поддерживать свой щит.