Книга Моя Академия 7, страница 36 – Евгений Син, Валерий Листратов

— И что мне делать дальше? — задаю вопрос.

— Что тут можно делать? — усмехается имперский маг. — Как можно чаще тренироваться. Этот глиф — хорошая вещь.

— Ещё бы, — отвечаю и продолжаю идти дальше.

Всё, что рассказывает Юрий меня безусловно радует и одновременно успокаивает. Раньше я чувствовал некоторые глифы защиты лучше остальных, но мог делать только интуитивные выводы. Теперь же, когда есть прямые подтверждения, имеет смысл выбрать часть близких моей магии глифов и усилить тренировки. То же самое посоветовать всем в своей группе. Про предрасположенность стихий нам пока не говорили, но мы догадывались. Знания от имперского мага просто сэкономят нам уйму времени.

Теперь понятно, почему у Марины не получалось удержать некоторые глифы — девчонка зря переживала. К тому же, Юрий Олегович сказал, что, приложив много усилий, можно добиться нужного результата. Есть, чем порадовать одногруппницу.

Братья, по мере того как мы выходим на тропинку в лесу, постоянно используют незнакомые мне техники. Пространство вокруг них светится метра на два в каждую сторону. Помню, как примерно так же загоралось пространство, когда физрук стабилизировал пространство в Академии. Тогда он нашёл нашу группу, и мы могли всё это наблюдать. Кажется, братья используют точно такую же технику. Насколько помню, в прошлый раз, Генрих Олегович не настолько плотно с ней работал. Видимо, действительно решили основательно протоптать дорогу.

— Я так понимаю, вы сейчас стабилизируете пространство? — задаю вопрос.

— Да, Ларион, и тут лучше никому не отвлекаться, — замечает директор.

— Не переживаете по поводу того, что животные благодаря этому смогут прорваться на территорию Академии? — всё-таки задаю ещё один важный вопрос.

— Мы это учли, — отвечает Генрих Олегович. — Молодец, что тоже об этом подумал. Не каждый понимает, что вход может быть двухсторонним.

Ещё замечаю одну забавную вещь — братья совершенно не умеют ходить по лесу. Мы вроде идём по обычной тропинке, но лес пустой, будто вымерший — птицы не поют, животных тоже не слышно. В прошлые разы было примерно то же самое. Директор вместе с братом идут со мной по узкой тропинке, и всё равно умудряются щёлкнуть сломанной веткой или удариться ногой о выросший на дороге пень или слишком выпирающий камень.

Звуки раздаются в абсолютной тишине леса как выстрелы. Разве что чуть тише. И ведь не сказать, что братья делают это специально, но почему-то никак не заморачиваются по этому поводу. Просто идут себе спокойно и стабилизируют тропу.

Мне же становится интересно, кто вообще мог ее протоптать? Явно не мы — я тут был всего три раза. Не успел бы.

Однако, сама тропинка или намёк на неё, всё равно есть. Тропа не доходит до долины, сворачивая немного раньше. В любом случае, можно сделать очевидный вывод — здесь кто-то живёт. И это довольно важный момент, потому что ни в первый, ни во второй, ни в третий раз я никого не встречал. Ни животных, ни следов. До этого самого момента я был уверен, что лес на самом деле вымерший. Теперь же готов поменять своё мнение.

Братья быстро вяжут глифы, и техники летят со скоростью пулемета. Результат довольно-таки заметен, но все же не радует. Дорога уже просматривается вплоть до площади. Нам же идти значительно дольше. К тому же, такими темпами до долины мы будем идти сутки. Даже несмотря на то, что Генрих Олегович стабилизирует пространство очень быстро, почти на ходу.