Книга Моя Академия 7, страница 11 – Евгений Син, Валерий Листратов

— Не твоими молитвами, — шипит Генрих Олегович.

— Так тебе помощь нужна или нет? — вполне по-доброму, но слегка провоцирующе спрашивает брат-близнец.

— Мне? Нет, — качает головой директор. — А вот им? — кивает на бойца. — Очень даже.

— Будем считать, что выкрутился, — улыбается Юрий. — Могу же я ради разнообразия помочь вам в не совсем законном деле. Лицензии, поди, ни у кого из вас нет.

— У меня, — говорит Константин Иванович.

— У тебя, Пилюлькин, лицензия только на работу с подростками, — со знанием дела замечает имперский маг. — Приближаться к бойцам ты не имеешь права.

— Юр… — начинает Пилюлькин.

— Ой, да ладно, я для проформы. Мне на это, по большому счету, плевать. Делайте, что можете. Если хорошо делать — хорошо будет, — смеётся Юрий Олегович. — А мы не умеем делать плохо, правда же?

— Костя, а ты еще спрашиваешь меня почему? — качает головой директор. — И ведь лет-то ему прилично. Брат, понимаешь ли, старший. — Говорит директор так, словно Юрия рядом нет. — Аж на две минуты старше, понимаешь? Вот поэтому. Ладно. Тебе моя остановка мешает? — спрашивает директор уже у брата.

— Нет, — хмыкает тот. — Мне твоя магия никогда не мешала. Так что… — говорит имперский маг, и тонкие нити монстра под его руками извиваются и уменьшаются в размерах. Кажется, что прямо сейчас перед нами покадрово прокручивают фильм задом наперед. Юрий Олегович при этом вообще не выглядит хоть немного напряженным.

— Надеюсь, что вам хватит, — говорит он, и через несколько секунд перемотка кадров прекращается.

— Чего смотрите на меня? Действуйте! Вы просили пять минут, здесь даже чуть больше, — разводит руками брат директора.

Мы все втроём переглядываемся.

— Действуйте, действуйте, а я посмотрю, — торопит нас Юрий Олегович. Видимо, все же откат дается ему непросто, но он не дает этого понять. Вот только я все равно вижу. Интересно.

Директор с трудом скрывает свои эмоции, но игнорировать помощь брата глупо — и он это понимает. Внимательно отслеживаю границы между нитями. Из головы монстр, вроде бы, уходит. Но вряд ли Юрий вылечил сами повреждения. Убрал нити — уже хорошо.

Надеюсь, что боец не потеряет разум, раз был компенсирован до момента стазиса. Ладно, не мое дело. Смотрю на подсвеченные целителем зоны. Бросаю взгляд на Пилюлькина. Тот ободряюще кивает. Кажется теперь получится выжигать выжигать зоны по отдельности. Благодаря помощи Юрия, они теперь не касаются друг друга. Надеюсь, что парню всё-таки повезёт.

Отправляю слабый росчерк — и нити в нижней части тела бойца рассыпаются серебристым пеплом. Без огня, без перехода — просто сгорают. Оставшийся после этого серебристый пепел исчезает как по волшебству.

— Не горело… — озвучивает директор.

— И не было вспышки. Повреждений, кажется, остается еще меньше, — замечаю.

— Думаю, это из-за остановленного времени, — высказывает догадку директор. — Процесса здесь как такового сейчас нет. Есть две фазы: активная — с нитями и пустая — в ней следов нитей нет. А переходная фаза между ними, похоже, за счёт Юриного вмешательства просто исчезла.

— Неплохое объяснение, — киваю, принимая слова директора.

Формирую ещё один росчерк — тут же полностью уничтожается уже третий паразит. Пилюлькин подсвечивает пропущенные споры. Их убираю отдельно. Кажется, боец выживет.