Книга Идеальный мир для Химеролога 1, страница 17 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

— Можете, — кивнул я. — Помолчите, пожалуйста.

Продавец обиженно надул губы, но отошёл. А я начал осматриваться.

Клетки, аквариумы, террариумы. Кошки, собаки, мыши, змеи…

— Если ищете что-то мутировавшее или обработанное химерологами, то у нас такого нет! — крикнул он мне в спину. — Только чистые виды! Самые здоровые и породистые!

Ага… Теперь понятно что случилось с хомяками. Их по факту напичкали химией, но не трогали магически. Но вот натуральными уже не назвать. Кругом обман, блин.

В самом дальнем и тёмном углу, в маленькой грязной клетке, сидело самое жалкое существо, которое я когда-либо видел. Попугай. Точнее, то, что от него осталось. Он был абсолютно лысым. Ни единого пёрышка. Просто сморщенная розовая кожа, покрытая мурашками от постоянного холода, натянутая на тощий птичий скелет. Он был похож на плохо ощипанную курицу, которую забыли бросить в суп.

Но глаза… В этих маленьких чёрных бусинках горел несломленный, наглый и полный вселенского презрения огонёк. Он смотрел на мир так, будто это не он сидит в клетке, а весь мир заперт снаружи. Идеальный кандидат.

Так, стоп. Вот это уже интересно. Я прошёлся взглядом по остальным обитателям. Обычные животные. Милые, здоровые, предсказуемые. А этот… он другой. Лысый не от болезни и не от старости. Я чувствовал это на интуитивном уровне химеролога. Это — генетический сбой. Ошибка в коде. А любая ошибка — это потенциальная возможность для модификации.

Идеальный кандидат, он озлоблен на весь мир. Значит, будет благодарен тому, кто подарит ему новую жизнь. Лояльность, купленная не за деньги, а за исцеление — самая крепкая.

— Вот этот, — я ткнул пальцем в клетку.

Продавец поморщился, словно я указал на кучу навоза.

— Этот? Ох… Да забирайте. Уценённый товар. Урод какой-то родился, паршивая мутация. Никто его не берёт, только место занимает. Два рубля — и он ваш. На корм змеям, может, сгодится.

Два рубля за живое, разумное существо. Этот мир определённо умел удивлять.

— Беру.

— Вы уверены? Должен предупредить, он… с характером.

— Уверен.

Продавец, обрадованный возможностью избавиться от неликвида, быстро пересадил лысого страдальца в картонную переноску и сунул мне в руки.

— Вы это… осторожнее, — посоветовал продавец. — Пальцы ему не суйте. Откусит и не подавится!

Я расплатился и вышел на улицу.

Найдя ближайший тихий переулок, я поставил коробку на землю и открыл её.

— Ну, здравствуй, пернатый, — усмехнулся я. — Хотя с «пернатым» я, пожалуй, погорячился.

Лысый попугай вылез, поёживаясь от холода, и злобно зыркнул на меня.

— Не хочешь общаться?

Щёлк! Птица молниеносно клацнула клювом в сантиметре от моего пальца.

— Слушай меня внимательно, общипанный. Я вижу, что ты не просто так лысый. Это не болезнь. Это генетический сбой. Ошибка в коде, отвечающем за синтез кератина. Поэтому ты мёрзнешь. Поэтому твоя кожа вечно раздражена. И поэтому ты никому не нужен.

Попугай замер и уставился на меня. В его взгляде промелькнуло удивление. Кажется, впервые в жизни кто-то не просто потешался над его уродством, а дал ему научное объяснение.

— Я могу это исправить, — продолжил я. — Могу дать тебе перья. Яркие, густые, красивые. Ты станешь самым шикарным попугаем в этом городе. Будешь летать, а не трястись от холода в грязной клетке.