Книга Идеальный мир для Химеролога 7, страница 39 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

— Образно говоря, они как парализованные. То есть, они там находятся, внутри, но не могут ничего толком делать. Их воля подавлена настолько, что они даже не осознают себя. Есть только базовые инстинкты, которые работают вместо них. Жрать, спать, испражняться… Всё.

Я перешёл к следующему вольеру, где сидела великолепная гарпия с золотыми перьями. Она чистила крыло механическими, дёргаными движениями.

— Их души сломали, Лера. Раздробили на куски и заперли в дальнем углу сознания, чтобы они не мешали посетителям наслаждаться видом. Раньше подобное практиковали и с людьми, делая лоботомию, когда хотели избавиться от неугодных, непокорных, слишком умных или слишком громких… Когда требовалось сделать человека послушным, тихим, безвольным овощем, который улыбается, кивает и не задаёт лишних вопросов.

Валерия побледнела. Она прижалась лбом к стеклу, глядя в пустые глаза гарпии.

— Это же ужасно… — прошептала она. — Это… это хуже, чем смерть. Быть живой куклой…

— Ну да, — согласился я. — Но кто об этом знает? Все просто думают, что они вот такие вот получились — послушные, исполнительные и красивые. Идеальные питомцы… А на самом деле, они каждый день, каждую секунду только страдают. Их «я» бьётся в запертой клетке собственного разума, кричит, но никто не слышит. Даже ты со своим Даром не слышишь, потому что кричать уже почти некому.

— А как их можно исправить? — спросил Валерия, и в её глазах появились слёзы. — Можно их вылечить? Вернуть разум? Вик, ты же можешь всё!

Я посмотрел на искалеченных зверей.

— Когда душа повреждена настолько… когда личность стёрта в порошок… избавление — только смерть.

— Ну нет! — воскликнула она. — Может, всё-таки можно что-то сделать? Не убивать же их!

— Конечно, можно… Если задуматься, то можно не допускать подобного. Не ломать, а договариваться. Не подавлять, а направлять, — я повернулся к ней. — Такие люди, как я и ты, как раз это могут себе позволить. Мы можем создать другой подход, показать, что сила не в подчинении, а в сотрудничестве.

Валерия грустно усмехнулась.

— Что я могу себе позволить, Вик? Я всего лишь администратор, который слышит, как воробьи матерятся. Что я могу, если я могу только с ними общаться?

— Ну, как минимум — общаться, — я взял её за плечи и развернул к себе. — Ты не понимаешь, какой силой обладаешь. Сейчас — да, ничего особенного. Просто головная боль. А представь, что у тебя есть этот Дар и пара-тройка действительно сильных химер. Не таких вот овощей, а настоящих бойцов.

Я заглянул ей в глаза.

— Ты сможешь координировать их действия лучше любого приручителя. Ты будешь знать, что они чувствуют, что видят, о чём думают… Ты сможешь предупредить их об опасности за долю секунды. Ты сможешь договориться с дикой тварью, чтобы она не напала, а помогла. Имея такой Дар и поддержку, ты можешь ого-го! Ты станешь не просто хозяйкой, а частью стаи, их мозгом и сердцем.

Глаза Валерии распахнулись. Кажется, она начала понимать.

— Но при этом, — я щёлкнул её по носу, сбивая пафос, — не забывай, что ты мой администратор. И завтра у нас полный день записи.

— Ладно, — она улыбнулась, вытирая мокрые щёки. — Идём дальше гулять?

Мы вышли из Экзотариума. Вечерний воздух казался особенно сладким после затхлой атмосферы тюрьмы для чудовищ.