Книга Идеальный мир для Химеролога 7, страница 106 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

Но потом я вспомнил глаза Маркиза и плачущую от счастья хозяйку.

— Твою мать… — выдохнул я. — Ладно, зови.

Посмотрим, что там за демон.

— Заводите следующего, — сказал я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал от напряжения.

Внутри меня бушевал ураган. Тот самый атрибут «Древней Ярости», который я вытянул из Маркиза, бился о стенки моего ментального хранилища, требуя свободы и крови. Приходилось тратить огромную долю концентрации, чтобы держать эту тварь в узде.

В кабинет ввалился взмыленный хозяин, волоча за собой на строгом ошейнике огромного рыжего пса, похожего на перекачанную овчарку. Собака хрипела, рвалась с поводка, щёлкала челюстями в сантиметре от руки владельца и вращала налитыми кровью глазами.

— Вот! — выдохнул мужик, утирая пот со лба. — Видите⁈ Он же бешеный! Я его кормлю, выгуливаю, а он на меня кидается! Только когда пожрёт, успокаивается минут на десять, а потом опять! Это точно проклятие! Или бешенство мутировавшее!

Пёс, увидев меня, тут же переключил агрессию — встал в стойку, шерсть на загривке вздыбилась, а из глотки вырвался рык, как у демона из преисподней.

Я тяжело вздохнул. Ещё один одержимый? Моя «ёмкость» второго такого не выдержит. Придётся убивать… Я шагнул к столу, на котором беснующийся пёс уже пытался перегрызть металлический фиксатор.

— Спокойно, — сказал я, кладя руку ему на голову.

Пёс попытался откусить мне пальцы, но я был быстрее. Перехватил его челюсть, сжал, заставляя пасть закрыться, и приложил ладонь к лобной кости.

«Ну, давай, покажи мне свою тьму…»

Я запустил сканирующий импульс, ожидая увидеть чёрные вихри проклятия, искажённые руны подчинения или ядовитые железы, впрыскивающие адреналин…

Но увидел я… ничего. Внутри было пусто. Никаких внезапно пробудившихся атрибутов, магии, мутаций, проклятий… Только абсолютно здоровая, крепкая псина с отличным пищеварением и… невероятно хитрым, расчётливым мозгом.

Я моргнул, не веря своим сенсорам, проверил ещё раз. То же самое. Этот гадёныш был здоров как бык, а вся его «ярость» была… хорошо поставленным театром.

В его памяти я увидел простую и гениальную логическую цепочку: «Я рычу — хозяин пугается. Хозяин пугается — даёт мне мясо, чтобы я заткнулся. Мясо — это вкусно. Вывод: надо рычать громче и страшнее».

Этот шерстяной аферист просто дрессировал своего хозяина! Он понял, что агрессия — самый короткий путь к желудку.

— Ах ты ж хитрая задница, — прошептал я.

Пёс, поняв, что я копаюсь у него в голове, попытался усилить эффект — закатил глаза, пустил пену (талант!) и забился в припадке, изображая одержимость демонами.

— Смотрите! Опять начинается! — заверещал хозяин. — Сделайте что-нибудь! Усыпите, если надо, только прекратите это!

— Усыплять рано, — сказал я. — Тут нужен другой метод, педагогический.

Я разжал руку, освобождая его пасть. Пёс тут же щёлкнул зубами, метя мне в горло, но моя ладонь врезалась ему в ухо. Не сильно, чтобы не повредить, но достаточно обидно и звонко.

Пёс опешил и замер с открытой пастью, глядя на меня с немым вопросом: «Ты офигел?».

— Ещё раз гавкнешь — останешься без ужина, — спокойно сообщил я ему.

Пёс прищурился, в его глазах читался вызов: «Да ладно? Ты кто такой? Я тут главный!». Он снова зарычал, собираясь показать мне, кто в доме хозяин.