Книга Идеальный мир для Химеролога 8, страница 38 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

Я поржал в трубку. Но Донской не смеялся. Тишина в эфире была красноречивее любых слов.

Я перестал улыбаться.

— Нет, вы что… серьёзно? — мой голос стал холодным. — Дмитрий Львович, вы там совсем охренели? Тут даже трёх часов не прошло с момента нападения! У вас есть армия, есть Одарённые, есть вооружение! В чём вообще прикол? Почему вы нас списываете⁈

— Прикол в том, Виктор, что был задержан один человек… Один из тех, кто разрабатывал секретное химическое оружие по заказу одной… структуры. Это был неудачный эксперимент. И, чтобы скрыть следы, он просто слил это дерьмо в городскую канализацию…

Я вспомнил тех уродцев, что лежали у меня в приёмной. Химический коктейль…

— Они вообще сейчас разбираются, как такое допустили, — продолжал Донской. — Почему не было контроля, кто подписал накладные… Бюрократия, мать её. Но после того, как он это сделал, поступил звонок. От одного из наших агентов, который работал там под прикрытием. Он всё доложил. Эти действия — появление тварей и слив химикатов — связаны напрямую. У нас есть сведения о количестве тварей, находящихся под землёй в этом секторе. Их там тысячи. И если эта химия действует на них на всех так, как мы видим… Если она превращает их в неубиваемых берсерков… — он вздохнул. — Тогда эта часть города практически обречена. Мы не удержим периметр, если они попрут все разом. Поэтому принято решение о локализации. Блокада, Виктор. Советую тебе покинуть эту часть города прямо сейчас, пока кордоны ещё выпускают гражданских.

— А с чего вы взяли, что в других частях не будет того же самого? — спросил я. — Канализация-то общая.

— В этой части, как минимум, подземная система исторически была поделена на четыре изолированных сектора, — пояснил Донской. — Там шлюзы, гермозатворы… В итоге не так просто добраться тварям с одной стороны на другую. Но… — он замялся. — Там точно доподлинно нихера не известно. Старых документов слишком мало, половина схем утеряна. Мы надеемся, что шлюзы выдержат.

— Надеетесь… — повторил я. — И сколько, ты говоришь, там тварей живёт под землёй, в моём секторе?

— Виктор, ну будь ты человеком! — взмолился Донской. — Я и так тебе на пожизненное уже наговорил! Это гостайна высшего уровня!

— Ладно, — я сжалился, — это уже не важно. Спасибо за информацию, Дмитрий Львович. Ты настоящий друг, — я посмотрел на дым, поднимающийся над крышами. — Если случится полный трындец и у вас там, в безопасной зоне… то добро пожаловать ко мне с семьёй, с кошкой и фикусом. Места хватит. Мы тут сами свою стену построим.

* * *

Я вернулся в клинику, прошёл в лабораторию и бросил тушки на стол. Включил свет на полную мощность, запустил вытяжку и принялся за работу.

Первым делом отправил образцы тканей в центрифугу. Аппарат загудел, набирая обороты. Пока техника делала своё дело, взял скальпель и надрезал кусок мышцы, положив его под линзу микроскопа. Но смотрел не только глазами. Я активировал истинное зрение, вглядываясь в саму суть материи.

То, что увидел, заставило меня присвистнуть.

Здесь вообще не было никакой логики. Генетический код этих тварей напоминал записки сумасшедшего, который пытался написать симфонию, бившись головой по клавишам рояля. То есть, абсолютный хаос.

Я добавил реагент в пробирку с кровью. Жидкость зашипела, меняя цвет с чёрного на ядовито-зелёный.