Книга Идеальный мир для Химеролога 13, страница 14 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

Резкий звон дверного колокольчика заставил скучающих сотрудников дружно вздрогнуть. В проём протиснулся щуплый мужичок в очках, двумя руками прижимая к себе объёмный пластиковый пакет.

Команда моментально встрепенулась.

— О, мой пациент, я беру! — с готовностью подскочил Андрей.

— Моя очередь, — Катерина ловко перегородила ему путь. — Твоей вчера была бешеная мартышка!

— Уступите дорогу специалисту, дилетанты. Там сто процентов редкое отравление, — Роман ради такого случая выплюнул зубочистку.

Увидев плотоядно надвигающуюся троицу, посетитель вжался спиной во входную дверь и загородился своей ношей.

— Э-э-э, извините, — промямлил он, часто моргая за толстыми линзами очков. — Подскажите, это прачечная «Свежесть»?

— Чего? — опешил Андрей.

— Соседи говорили, тут на углу пальто в химчистку берут… Наверное, я дверью ошибся. Пойду тогда.

Мужичок торопливо юркнул на улицу, чудом не оторвав дверную ручку.

Андрей с досады пнул ножку стула.

— Ну не попёрло, — заметил я, дожевывая холодный сыр. — Почти вечер, а у нас пусто. Как отрезало.

Я ушел в кабинет, взял пульт и с размаху плюхнулся в кресло. Щелкнул телевизором на стене. Хотелось найти какой-нибудь тупой сериал про ментов или кулинарное шоу, чтобы мозг наконец-то ушел в спящий режим. Сегодня я твердо обещал себе устроить день без пробирок и разрезанных туш.

На экране неожиданно появилась красная плашка «ЭКСТРЕННЫЙ ВЫПУСК». Диктор с выпученными глазами суетливо зачитывал текст.

Я сделал звук погромче.

— … повторяем! Массовый побег из спецлечебницы для преступников с магическими отклонениями «Тихие Сосны»! Вырвалось двадцать семь Одарённых! Напоминаем гражданам: суд признал этих людей крайне опасными и невменяемыми. В данный момент беглецы захватили бизнес-центр «Меркурий» и удерживают внутри десятки заложников!

Студийная трансляция сменилась потрякивающимися кадрами с телефона. Теперь зрителям демонстрировали оцепленный полицией стеклянный офис-центр.

— Захватчики уже выдвинули ультиматум, — торопливо докладывал диктор. — Они требуют от властей немедленно построить космическую ракету и отправить их домой на родную планету!

От неожиданности я поперхнулся. Чего? Уставился на экран.

— … в случае невыполнения требований террористы обещают убивать по одному заложнику каждые двадцать четыре тысячи секунд! Силовики готовят операцию спасения!

Щёлкнув кнопкой на пульте, я выключил телевизор и расхохотался. Серьёзно? Двадцать четыре тысячи секунд?

Это же почти шесть с половиной часов. Выходит, психи закрылись в здании, добыли где-то калькулятор, высчитали тайминги и рассудили: «Слушайте, убивать каждый час совсем невыгодно, мы так слишком быстро без людей останемся». Надо растянуть процесс. Заявим про двадцать четыре тысячи секунд, так звучит гораздо пафоснее'.

Накатившая хандра мигом улетучилась, сменившись отличным расположением духа. Кажется, день окончательно перестал быть испорченным.

Скинув халат на спинку кресла, я потянулся за курткой.

— Лера! — позвал я, выйдя в приёмную.

Валерия убрала в стол пилку для ногтей и смерила меня подозрительным взглядом.

— Ты куда это намылился, Вик?

— Пойду прогуляюсь, — я сунул руки в карманы. — Воздухом подышу. Погода, вроде, не дождливая.

— Воздухом он подышит, — она упёрла руки в бока. — Только не говори мне, что ты сейчас попрёшься в этот «Меркурий». В новостях только что трубили про психов!