Книга Гром Раскатного. Том 1, страница 119 – Григорий Володин, Дмитрий Лим

Отказываться от подобного не имело смысла. Всё же, так же не представляясь, я продиктовал ему один из своих неосновных номеров. Глеб коротко кивнул в знак признания и пошёл навстречу сестре, которой не понравилось такое мирное решение проблемы.

— Эй, ты почему ему в морду не дал⁈ Глеб!

Вот ведь истеричка, а.

— Он тебя спас, дурында, — голос у Глеба был громким, так что я прекрасно его слышал. — Ты же сама это сказала.

— А ещё он меня полуголую из туалета выпер! Ничего, да⁈ Сестру! — она ударила его по плечу ладонью. — Твою! — ещё раз. — Голую! — и ещё раз.

— В здании пожар, — Глеб не стал церемониться с сестрой. Сгреб её в охапку и передал в руки охране. — Всё, везите её домой, а я сообщу её жениху, что с ней всё в порядке.

Я не стал слушать, чем закончится эта перепалка. Вернулся к машине Ильи и сел в неё. Водителю ничего говорить не надо было, он тут же переключил передачу и выехал с парковки. И вот тут я заметил лимузин, стоящий через дорогу. Через полуопущенное окно виднелась мордашка Кати Распутиной, которая глазела на собравшуюся толпу у входа.

Мда.

Когда мы вывернули на центральную улицу и удалились от клуба, я всё же написал Кате.

«Это что за дела? Мы не договаривались на слежку!»

Ответ пришёл сразу же. Катя явно ждала от меня вестей, но никак не наезда.

«Это не слежка! Уважаемый Шифрогном, я просто не смогла уснуть, честно! Попросилась у отца съездить прогуляться!»

«Меня не волнует, — я набирал сообщения мыслью. — У нас был другой договор. Впредь я отказываюсь работать с тобой».

Всю дорогу до дома мы переписывались. И всё же, после сотой просьбы простить её, я сжалился. Взял с неё обещание, что она больше не повторит эту ошибку и сказал, что работа сделана. Отчёт дам ей завтра.

Оказавшись дома, я восстановил мобильник за пару минут. Точнее, я высушил три модуля памяти повышенным током, защищая все микросхемы и полупроводники. А затем, перенёс все данные к себе на телефон.

Только вот…

Полученная информация взбесила меня. Я со всей дури швырнул мёртвый телефон в стену, ударил кулаком по столу и сказал в пустоту:

— Гребаный Кириллушка, ты ещё и Пуришкевичам продался, старая сволочь!

— Тырды-дых? — тут же отозвался Шурупыч, обеспокоенный моим криком. — Тырды-дых?

Я не слушал возмущений или волнения голема. Меня распирало от гнева.

— Ну всё, старый утырок. Смертный приговор тебе! За предательство рода Раскатных!

— Надо развеяться, — решил я отвлечься. Если прямо сейчас не проветрю голову, то кому-то крепко не поздоровится. На тот свет ногами вперед улетит! Но… рано-рано.

Нет смысла спешить. Лучше подготовиться, чтобы потом мой род не просто понес наименьшие потери, но и остался в прибытке. Да, это возможно, еще как!

Позвонил Илье. Парень сразу взял трубку. Как оказалось, он так и не ложился спать после приезда из ночного клуба. Не успел. Парень откликнулся на зов, и через двадцать минут его старенький седан тарахтел возле моего дома.

Я не сразу вышел, точнее, не сразу отреагировал на его приезд. Когда Илья зашел, я ковырялся в остатках телефона Вадима на своем столе, а вот электробелка…

Жрала орехи, сидя рядом с остатками от телефона и полупустой пачкой.

— Э-э-э, шеф, — голос Ильи зазвучал из-за спины. — У тебя молния — орехи жрет!