Книга Гангстер вольного города 1, страница 61 – Дмитрий Парсиев, Дмитрий Лим

Кирилла Петровича, конечно, это не совсем устраивало, но бизнесмен Бакинский оказался куда поважнее его. О чем сам Монеткин пару раз недовольно упомянул, сидя рядом с водителем.

Только вот мой новый деловой партнёр грозил принести мне проблем помасштабнее. Да, он взял один из макров на реализацию, чтобы примерно узнать, кто и какую цену может за него предложить, а я…

А я пребывал в задумчивости. Если этот макр действительно так много стоит, то у меня в запасе всего штук пятьдесят, не больше. Плюс ко всему я совершенно не представляю, где еще возможно добыть такие сокровища. И тем более не в курсе, сколько этой наглой армянской морде их может понадобиться в следующий раз.

Поэтому первым делом я договорился с Монеткиным об одной вещице…

— Подскажите, где можно найти оценщика макров, а я буду говорить о вас только самое хорошее.

Заявление, конечно, наглое, но Монеткин — человек статуса.

И, как бы ни было смешно, это я должен был получить у него визу, а не он у меня. Однако ситуация теперь повернулась кардинально. Я стал выше на ступень и даже сам не понял, как у меня получилось провернуть это настолько быстро.

— Заедем в офис? — предложил он. — Есть у меня некоторые умельцы…Вот сам заедешь и глянешь.

Я согласился. Мы, фигурально выражаясь, пожали руки.

Когда машина слабоватого авторитета зашуршала шинами по бездорожью, меня посетило легкое чувство волнения. А стоило увидеть деревянный частокол Кирилла Петровича, как сердце неприятно екнуло. Миг — и дорогу преградило дерево, а потом наше авто окружили.

— Рука вверх и нэкакого лишних движений! — смугловатый паренёк в ярко-оранжевой бандане наставил на нашего водителя пистолет.

Более того, гостей оказалось не меньше десяти человек. И всё как один вооружённые, злые и просят позолотить ручку.

Кириллу Петровичу такой расклад событий крайне не понравился. Он шикнул водителю, магу ледяного поддува, чтобы тот не вздумал открывать машину или окна. А я тем временем с любопытством наблюдал за хрупкой девушкой, которая с менее хрупким ружьём застыла по ту сторону стекла.

И гневно на меня смотрела, то и дело опуская и поднимая своё оружие. Кажется, для неё оно было слишком тяжёлое.

— Что делать будем? — я чуть потянулся вперёд, привлекая к себе внимание Кирилла Петровича. — Вооружённое нападение, я прав?

— Прав-то прав, — прохрипел недовольный боров. — Но пришли они за тобой, насколько я понимаю.

— А может и нет, — пожал я плечами и тут же вернулся на своё место. — Вдруг, за вами?

Тогда, я еще не понимал, насколько был прав.

А секундой позже посмотрел на дверцу, нашёл небольшой рычаг, которым, судя по всему, можно было открыть окно, и под неодобрительный взгляд Кати начал его крутить.

На меня зашипели все и сразу. Даже водитель, который не особо разговаривал, а только дул.

— Ты что творишь, Шаман⁈ — если бы жирная тушка Кирилла Петровича могла позволить ему делать резкие движения, он… он бы определённо развернулся и задушил меня ремнём безопасности. — А ну-ка, закрой!

— Я сейчас всё решу, — обнадёжил присутствующих я, продолжая опускать стекло.

Ручка, кстати, крутилась крайне тяжко, словно я пытался сдвинуть с места бронестекло. И оказалось, что так оно и было! Когда оконце чуть приоткрылось и появилась маленькая щель, я смог оценить толщину стекла. И не мог не задать вопрос водителю: не жалуется ли он на плохое зрение, как это делали водители Сталина.