Книга Гангстер вольного города 2, страница 101 – Дмитрий Парсиев, Дмитрий Лим

Половинчатых нудистов.

На меня вполне вразумительно смотрел мужчина в каком-то кимоно и с тростью в руке. Однако же, разобрать, какого он возраста, я так и не смог. Но вот этот его взгляд…

Пожалуй, я бы назвал его умным. Или даже мудрым.

Впрочем, когда он понял, что я его изучаю, то подошёл ко мне с каменным ножом в руке. Мысли о его мудрости в момент улетучились. Ну какой разумный человек попрёт на безоружного с ножом, верно⁈

— Эй, долбоклюй, ты чего думал?

— Пенис, мамба? — спросил он.

Ну и что мне отвечать на эту ересь?

Я снова повторил вопрос. Мужик открыл рот от удивления, и гул вокруг, а он, пусть и негромкий, но был, в момент стих.

— А ещё мамба-хуямба, хуба-буба и прочие однохерственные слова, — закончил я, пытаясь подняться. — Развяжи меня, клоун, и я тебе сейчас такой пенис покажу — охренеешь!

Но вместо того, чтобы развязать, придурок полоснул меня по щеке. Бабы вокруг тут же засуетились, пали на колени и стали всматриваться в моё лицо. Я же не мог сделать ничего. Уж слишком много вокруг было сисек. Да и в целом симпатичных, полуобнаженных женщин без единого изъяна на коже.

Спустя полминуты они принялись тыкать в меня пальцами и что-то радостно лепетать. Койот, что заговорил почти сразу же после того, как я раздраженно чихнул, кажется, оказался более наблюдательным и сообразительным, чем я сам.

— Шаман, они поражаются твоей регенерации! Заметил, как они на тебя смотрят?

— Меня режут, пёс, — напомнил ему я. — О чем тут ещё думать?

— Ну да, голову тебе проломили. Ты час пролежал, а потом задышал. Вот они тут суетились… Забегали вокруг, руки к небесам поднимали. Ты… бог в их понимании.

— Обидно, да? — протянул я. — Ты — псина безродная, а я бог.

На подколку Койот снова не отреагировал. Но проворчал себе под нос что-то, чего я совсем не понял.

Племя «мамб» не волновал тот факт, что Койот умел разговаривать. Значит, говорящие животные в их понимании являются нормой, так? Подумашь, пёс заболтал — обычное дело.

Вскоре, когда лица напротив меня перестали удивляться, тот самый вожак Вачуту и Вачати подошёл ко мне снова. Усевшись напротив, он скрестил ноги и кого-то позвал.

Через пару минут явилась очень молодая девушка. Самая молодая среди всех остальных. Но более рослая и, как мне показалось, с более выразительными формами и более нежным взглядом.

Вожак полоснул себя по руке, и когда девушка к нему приблизилась, приложил окровавленную ладонь к её груди.

— Они что, трахаться собрались? — ошалело вылупился на них я.

Но нет, они собирались провернуть нечто совершенно иное.

Девушка тут же развернулась в мою сторону, пала на колени и начала тыкать своим выменем мне прямо в лицо.

Сказать, что я офигел, значит не сказать ничего. Её твердый сосок протискивался прямо через мои губы, словно эта… странная дева вдруг решила сделать из меня «малышка». Я сопротивлялся не так долго и спустя минуту понял, что это был за странный обряд.

— Мамба… — начала она, а затем, словно кто-то сменил пластинку. — Слышит же, а почему-то корчится.

— Может, мало крови дали? Всё-таки он бог, а не типичный смертный.

— Но последнему пленному с другого острова хватило и капли, чтобы он нас понимал! — продолжила дева, а затем наконец заставила меня говорить. — Можем, конечно, отрезать ему мешочек с семенем да пришить туда…