Книга Граф Воронцов. Книга II, страница 73 – Дмитрий Лим

— Это за нами, что ли?

— Именно, — без эмоций ответила она, — Мария позвонила, сказала, что Аркадий перенес все к Воробьеву. Благо, мы не успели зайти туда.

— А остальные?

Наташа повернулась ко мне, холодно улыбнулась.

— Мне плевать на остальных. Конечно, я расстроюсь, если кто-то тебя, мою пусечку, закроет, или старика Аркадия. А до остальных мне…

Она дополнила предложение высунутым языком.

Девка, ей-богу. Малолетняя.

Под моим пусечкой, она имела ввиду, меня, и решила, что я не расслышал этого.

— Пусечка, а ты будешь скучать по мне, если тебя закроют, или же, меня?

— Не надо меня так называть. — холодно ответил я, отворачиваясь к окну.

— Ну почему? — театральный выдох, с долей «плаксивости» взбесили моментом.

Она играется. Сука. Играется.

Впрочем, на этом наступила полнейшая тишина. Наталья изредка пыталась дотронуться моей руки, но каждый раз, я ее убирал. И с некоторым трепетом в душе смотрел на знакомый мне, деревянный частокол.

Когда машина остановилась возле троицы вооруженных бандитов, я первым выскочил из машины, напрочь позабыв обо всех нормах этики.

Ну, Кравц так считала. Мне же — было наплевать. Я хотел, как можно скорее, отойти от нее подальше. На мое счастье, нас встречал Воробьев.

Весьма тепло поприветствовал меня, указал на Катю, которая упражнялась с огнем, перекидываясь «горящим» шаром размером с футбольный, с тем самым, высоким Борисом.

* * *

Собрание решили провести в гостевом зале. Здесь, правда, было попросторнее, чем в помещении дворца, но и выглядело поуютнее.

За большим круглым, каменным столом, восседало одиннадцать человек, среди которых был я. То и дело, бросая взгляд на сидящих вокруг. Было как-то непривычно видеть их в свете нескольких ламп. Сразу показывались изъяны на лицах авторитетов, а также, их «общий» вид. Компания, конечно, собралась изрядно потрепанная. То ли разборками, то ли войной.

На одного Бориса посмотреть при свете лампы. Оказывается, у него был стеклянный глаз и ровный ряд керамических зубов. При этом всем, выражение лица, хоть и было изощренное мелкими шрамами, больше показывало его как добряка, нежели, маньяка.

А вот Алевтина…

Искусственно накрашенные брови, судя, по белоснежному пуху на висках, вообще — носила парик, при этом постоянно его поправляя. Как бы, сама нехотя — делал— на этом акцент. В остальных я не особо заглядывался.

Кроме Наташи. Уселась, сволочь, рядом, и в момент, когда заговорил Аркадий Семенович, положила руку мне на пах. Благо, что не дернулся, но все же, аккуратно завел руку под стол, сжал двумя пальцами то место, где была льняная рубашка, дабы, не дай бог не коснуться кожи, и весьма грубо убрал.

— Пусь, ну чего ты? — прошептала она.

Укупник не оценил то, что мы, хотя это было она, разговариваем.

— Молодожены, я вам не мешаю?

Воробьев аж вытянулся от удивления.

— Извините, — буркнул я.

Хотел еще было попроситься пересесть, но это выглядело бы максимально странным.

— Извинения приняты. — улыбнулся старик, глядя на мое многострадальное лицо.

А следом, я почувствовал в нем некоторого защитника.

— Не каждый сможет совладать с наступающим характером Наташи. Но ты сможешь, когда привыкнешь к ее выходкам.

Сказал он это очень… добро, по-отцовски, я бы сказал.

И следом вернулись к обсуждению плана по Вольфовичам.