Книга Диверсант. Том 5, страница 103 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

— Двое не вернулись, — ответил Кранц. — Хаас и Беккер. Ушли после ужина, сказали, что в город, на вечернюю прогулку.

— Куда именно?

— Не знаю. Они раньше ходили к той… ну, к бабе, у колонки. Но сегодня…

— Давно пропали?

— Часа три назад их видели у фонтана, и всё… как сквозь землю провалились!

Дежурный посмотрел на часы, потом на Кранца. А потом — на телефонный аппарат на краю стола.

— Идите к себе, — сказал дежурный. — Я доложу.

Кранц ушёл. Дежурный постоял, подумал. Двое солдат, не вернувшихся из увольнения, — это могло быть что угодно.

Но на неделе был налёт на ремонтный двор. Позавчера взорвали склад. И теперь вот эти двое…

Он поднял трубку и набрал номер. Долго ждал. Потом послышался щелчок и голос адъютанта Вайса:

— Слушаю.

— Господин обер-лейтенант, докладывает дежурный по караульной службе. Двое солдат — рядовой Хаас и ефрейтор Беккер — не вернулись из вечернего увольнения. Прошло более трёх часов.

Наступила пауза. Через полминуты Вайс спросил:

— Куда они шли?

— Ушли в город после ужина. Точное место неизвестно.

Наступила ещё одна пауза, длиннее первой.

— Я доложу коменданту. До утра ничего не предпринимайте.

Трубку повесили. Дежурный положил свою и сел за стол. Смотрел на телефон, будто ждал, что тот зазвонит снова.

Но телефон молчал.

* * *

Подполковник Бруннер в ту ночь так и не ушёл из комендатуры. Перед ним лежал исписанный от руки лист — список потерь меньше чем за неделю.

Ремонтный двор: пятеро убитых. Инженерный склад: весь караул, пять человек, и водитель грузовика. Фельдфебель Мюллер — под арестом, в лазарете, с сотрясением и ожогами. Рядовой, найденный связанным у будки, — жив, но толку от него немного. Лютце — исчез, дезертировал.

Вайс вошёл тихо, как всегда. Бруннер не поднял головы.

— Господин подполковник, — сказал Вайс, — двое солдат не вернулись из увольнения. Рядовой Хаас и ефрейтор Беккер. Из караульной роты.

Бруннер молчал. Вайс стоял и ждал. Он привык к этим паузам — подполковник обдумывал каждое слово, иногда слишком долго.

— Где они были? — наконец спросил Бруннер.

— Ушли в город после ужина. Куда — неизвестно.

— Куда — неизвестно, — повторил Бруннер. — В городе, где меньше чем за неделю совершено два вооружённых нападения на военные объекты, двое солдат уходят гулять, и куда — неизвестно.

Вайс промолчал. Ему нечего было добавить.

— Они могли просто напиться, — сказал Бруннер скорее себе, чем адъютанту.

— Могли, — согласился Вайс.

— Могли застрять у какой-нибудь шлюхи.

— Могли.

— А могли и не застрять. Могли лежать где-нибудь в переулке с ножом в спине.

Вайс не ответил.

— Послать поисковую группу? — спросил он после паузы.

— Куда? — Бруннер посмотрел на него. — Куда послать? Мы не знаем, где они были. Не знаем, куда пошли. Даже не знаем, в каком они квартале. Какой смысл посылать людей в темноту?

Вайс стоял, сцепив руки за спиной.

— Что прикажете?

— Пока ничего, — ответил Бруннер. — Утром поднимите жандармерию. Объявите розыск. Проверьте все посты, все патрули, все караульные точки. Пусть опросят местных — видели ли, слышали ли.

— Господин подполковник, жандармерия ссылается на нехватку людей…

— Пусть ссылаются, — перебил Бруннер. — Утром я позвоню коменданту тыла лично. И если жандармерия откажет — доложу в Берлин, что тыловой район Минска не контролируется и немецкий солдат не может выйти на улицу без того, чтобы его не убили. Посмотрим, как им это понравится.