Книга Рожденный, чтобы жечь! 1, страница 42 – Дмитрий Лим, А. Никл

Боря вернулся к работе, а я к размышлениям о бренности бытия и коварстве судьбы. И о запахе.

Несмотря на все старания, амбре детской неожиданности витало в воздухе, настойчиво напоминая о моём беспомощном положении.

«Когда же я смогу что-то изменить? — мысленно вопрошал я Вселенную, попутно пытаясь высвободить ногу из-под предательски завернувшейся пелёнки. — Что мне нужно сделать, чтобы избавиться от него?»

Объективно ничего сделать я не мог. Ни вернуть мать в таком состоянии, в котором я был сейчас, ни получить знания об этом мире и магии…

Но с другой стороны Боря толкал меня на более усердное развитие. Где-то я слышал фразу, что нужно выходить из зоны комфорта, чтобы развиваться. Но с Борей… я туда даже не заходил.

В итоге, я решил продолжить качать мышцы, не обращая внимания на пыль.

Внезапно в голове пронеслась мысль:

«А что, если Боря — это не просто случайный человек, с которым меня связала судьба? Что, если он — ключ к моему прошлому, к знаниям о магии, к спасению матери?»

Ведь не мог же я просто так оказаться в теле младенца рядом с таким отталкивающим типом.

Я сосредоточился, пытаясь вспомнить хоть что-то, что могло бы связать меня и этого парня.

Может, мы встречались в другом мире, в другой жизни?

Может, он был частью моей команды, когда я еще был бесплотным духом, наблюдающим за предательством в мрачном зале?

Ничего. Пустота. Лишь обрывки воспоминаний о кострище, о демоне, о сделке.

И тут меня осенило.

А что, если Боря — это демон, который заключил сделку и принес душу моей матери в жертву?

Может, он скрывает свою истинную сущность под маской угрюмого подростка, а на самом деле — демон, способный на любые злодеяния.

Эта мысль показалась мне безумной, но в то же время она объясняла многое. Его неприязнь ко мне, его нежелание возиться со мной, его странное поведение.

Да не, бред какой-то, — я приподнял голову и посмотрел на работающего тирана. — Борис, ты заражаешь меня своей глупостью!

Тот, словно почувствовал мой взгляд на себе. Обернулся, злобно уставился и протянул, заглушив машинку:

— Чё, опять жрать хочешь?

Я быстро мотнул головой. Да так, как мог. Он понял мой жест. Решил не мучить меня. Включив свой аппарат по-новому, он совершил какую-то ошибку.

Послышался неприятный звук. Его устройство заклинило. Послышался отборный мат:

— Да ё… твою мать! Какого х…? Чё млять с тобой не так?

Он яростно тыкал пальцем в кнопку, пытаясь запустить аппарат.

Я наблюдал за его тщетными попытками с плохо скрываемым злорадством.

Так тебе и надо, тиран! Может, хоть немного помучаешься, как я тут с тобой мучаюсь!

Боря, окончательно потеряв терпение, швырнул машинку на пол. Та с громким стуком подлетела в воздух, разлетевшись на несколько частей. Парень зарычал от злости, схватился за голову.

— Да чтоб тебя! — проорал он, пиная останки аппарата. — Млять. Как обратно то собрать?

Что ж, кажется, я немного ошибся в своей теории, — подумал я. — Демоны, наверное, не ломают машинки для шлифовки полов. У них, наверное, более изощренные методы.

Перед Борисом встала дилемма. С одной стороны, он испортил покрытие. С другой — машинку. Я видел, как его мотает из стороны в сторону, чтобы решить эти сложности.

Вскоре, замучавшись метаться, он сел рядом со мной и угрюмо уставился в одну точку: