Книга Одиночка. Том 4, страница 31 – Дмитрий Лим

Немец с плетью отступил к стене, его глаза бегали от меня к мутанту и обратно. Видимо, он выбирал, с какой катастрофой смириться проще.

— Ну что, — сказал я, делая шаг в его сторону, — давай обсудим твоё резюме. Пункт «работа в стрессовых условиях» явно требует пересмотра.

В ответ он взмахнул рукой, и его плеть-навык ожила, превратившись в свистящий сгусток тёмной энергии. Это было уже интереснее, чем молот.

Плеть с шипящим звуком рассекла воздух там, где я стоял секунду назад. Я откатился в сторону, слыша, как энергия оставляет на полу оплавленную, дымящуюся борозду.

«Менеджер» ухмыльнулся, его пальцы играли рукояткой бича. Он сделал несколько коротких, хлёстких взмахов, заставляя меня отступать к центру помещения.

Хранитель в цепях зарычал, дёрнулся вперёд, но сияющие путы снова болезненно стянулись, вызвав искры. Его попытка отвлечь внимание стоила ему новых ожогов, но дала мне момент. Пока немец бросал взгляд на мутанта, я рванул не от плети, а на него, сократив дистанцию. Клинок блеснул, целясь в кисть, держащую рукоять. Плеть, словно живая, извилась и щёлкнула мне по предплечью. Не порез — скорее, ледяной ожог, мгновенно сковывающий мышцы. Рука онемела, кинжал с лязгом отскочил в сторону.

Боль — отличный стимулятор. Я не стал хвататься за руку, а бросился в ноги подкатом. Моя здоровая рука схватила его за лодыжку, и я дёрнул на себя со всей дури. Он рухнул, воздух вырвался из его лёгких со свистом. Плеть выскользнула из пальцев и забилась на полу, как угорь на суше, постепенно теряя энергию и превращаясь обратно в кусок кожи с ручкой. Я навалился на него коленом в грудь, прижимая к липкому от крови полу.

Его холодная ярость наконец сменилась животным страхом. Он пытался вывернуться, но мой вес и хватка были надежнее любого HR-договора.

— Капут-капут, — прошипел я, поднося к его лицу окровавленный кулак.

Вскоре наступила тишина, если не считать тяжёлое, хриплое дыхание Хранителя. Он поднял на меня взгляд, полный животной боли и ненависти. Цепи ослабли — видимо, они были связаны с жизнями этих немцев.

— Эй, большой, успокойся. Я тебя вызволю, — буркнул я, вставая и отступая к стене.

План был прост: сломать оставшиеся силовые нити, пока мутант приходит в себя, и дать драла. Но планы и я — понятия несовместные.

Хранитель рванулся, оставшиеся цепи лопнули с характерным звуком. Он двинулся на меня, рыча, явно не видя разницы между своими мучителями и моим симпатичным лицом. Я уже приготовился к ещё одной грязной схватке, как из теней за спиной мутанта вынырнули две высокие фигуры.

Эльфы. Та самая пара, что следила за мной с самого начала. Они не стали читать мораль — просто бросили в ноги чудовищу какие-то дымящиеся гранулы. Те лопнули облаком ослепительно-белого света и оглушительного звука. Хранитель взревел и отшатнулся, дезориентированный.

— Беги, глупец! — крикнула мне эльфийка с хриплым голосом. — Пока он слеп!

Мы рванули прочь из святилища, оставив оглушённого мутанта. В главном зале нас уже ждала новая группа охотников — те, что, видимо, шумели в соседнем тоннеле. Увидев нас, они ошалели на секунду, но этого хватило.

Эльфы работали молча и смертоносно: стрелы, короткие взрывы навыков, удары клинками. Я присоединился, больше полагаясь на грубую силу и остатки адреналина. Это была не битва, а бегство сквозь строй. Мы проломились, оставив за спиной ещё несколько тел и много шума.