Книга Тень Империи: Забытая Академия, страница 94 – Дмитрий Лим

Ориана злобно стрельнула глазками в сторону золотоволосой, но та её не боялась.

— Отстану? Да вы с ума сошли! — Ориана, встав, прошлась по комнате, нервно заламывая руки. — Он угроза! Понимаете? Угроза всему, что моя семья выстраивала годами! Если он доживёт до выпуска, то… все наши правила, все наши законы полетят к чертям!

Марьяна пожала плечами:

— Ну и что? Может, пора уже что-то менять? Мир не стоит на месте, Ориана. Все течет, все меняется. Тем более что земли, на которых строится твой отец, по праву принадлежат Максиму.

Ориана остановилась, сверля Марьяну взглядом:

— Значит, ты на его стороне? Ты готова предать нашу дружбу ради этого уродца?

Марьяна усмехнулась:

— Не передергивай, Ориана. Я просто предлагаю дать ему шанс. Посмотреть, что из него выйдет. А там уже и будем решать, что с ним делать. В конце концов, мы же не варвары какие-нибудь, чтобы сразу рубить головы. А парнишка может оказаться крайне умным и покладистым. Ты представь, как озолотится твоя семья, если, например, парнишка согласится работать с вами дальше? Может, ему не будут интересны все эти деньги, как твоему отцу? Что тогда?

Серова и Селезнёва молча наблюдали за перепалкой. Они понимали, что за словами Орианы стоит не только страх перед новым и неизведанным, но и банальная зависть. Максим Бурдин действительно был необычайно талантлив, и его появление в Академии грозило уничижением его семьи, особенно если он узнает, или узнают другие, что именно Островский приложил руку к исчезновению, а точнее — кончине Евгения Михайловича.

Старосты Фракции знали этот секрет. Их отцы были соучастниками того страшного события. Евгений Михайлович пятнадцать лет назад пропал, а его смерть подтвердил Островский ровно семь лет назад, когда все же нашел тело.

Вроде как.

Ориана, не желая больше ничего слушать, психанула и направилась к двери. Девушки проводили ее взглядом, понимая, что впереди их ждет еще немало захватывающих эпизодов этого «турецкого сериала».

* * *

Практическое занятие по «физическо-магическим» свойствам было занимательным. Первоначально, когда мы с профессором Мавританиной вернулись, Островского уже нигде не было. Другие студенты лишь молча пожимали плечами, когда профессор спрашивала про пропажу старосты. А вот затем мы вышли в лес.

Арка, через которую мы прошли в аудитории, перенесла нас из прохладной комнаты в какие-то тропики. Причем я был уверен, что это вообще не вблизи Академии. И не прогадал.

После объявления: «Мы находимся на границе второго и третьего Контура», профессор обвела нас рукой, посылая какой-то навык. Через мгновение я почувствовал, как тело обволакивает какая-то липкая пленка. А после Мавританина объяснила:

— Сейчас мы находимся в крайне опасной зоне. Когда мы перейдем опасный участок и выйдем на Академический полигон, я сниму с вас защиту. И, пожалуйста, помните, вам ничто не угрожает рядом со мной.

Под стать её словам из-за ближайших кустов вышел непонятный гибрид тигра и обезьяны. Никто из моего потока и не шелохнулся, словно видел это на повседневной основе. А вот я прифигел.

Тварь оскалилась, обнажая внушительные клыки, и издала утробный рык. Профессор Мавританина даже бровью не повела. Она лишь взмахнула рукой, и в химеру ударила молния, расщепив её на атомы.