Книга Тень Империи: Забытая Академия, страница 102 – Дмитрий Лим

В общем, выливая кровь на стол, я сосредоточился на ней. Затем, напрягаясь так, что начало сводить шею, представил, как кровь подчиняется мне. И у меня получилось!

Сначала лужица дёрнулась. Ольга Сергеевна подошла к столу и, не понимая, что я делаю, просипела:

— На сегодня достаточно.

О нет, мадам. Недостаточно!

Кровь задрожала сильнее, и я почувствовал, как что-то внутри меня откликается на это движение. Как будто в венах вместо крови плескалась та же самая жидкость, только моя, послушная моей воле.

Лужица на столе начала собираться в тонкую струйку, затем в змеистый жгутик, который пополз по столешнице, извиваясь и меняя форму.

В классе повисла мертвая тишина. Студенты, до этого перешептывавшиеся и спорившие, замерли, глядя на происходящее с нескрываемым изумлением. Виталик, казалось, забыл, как дышать. Ольга Сергеевна стояла рядом, не двигаясь, с лицом, на котором читались одновременно и испуг, и восхищение.

Кровь продолжала двигаться, подчиняясь моей воле. Я почувствовал, как пот стекает по вискам, как напрягаются мышцы шеи, но не ослаблял концентрацию. Жгутик крови начал расти, утолщаться, превращаясь в подобие маленького змея, который извивался и покачивал головой, словно пытаясь что-то разглядеть.

Затем, словно очнувшись, кровяной змей резко метнулся вперед и, пролетев над столом, обвился вокруг карандаша, лежавшего на соседнем столе.

Он сдавил его так сильно, что дерево треснуло, и карандаш разлетелся на щепки. Затем я начал баловаться.

Я завороженно следил за этим причудливым танцем этой змеи, но недолго. Вскоре силы стали покидать меня, и сформировавшаяся фигура превратилась обратно в «нить».

Кровяная нить бессильно упала на стол, расплываясь в алое пятно. Я обессиленно опустился на стул, чувствуя, как всё тело пронзает дрожь. В голове шумело, в глазах темнело. Я выложился полностью, выжал из себя всё до капли.

— Невероятно, — прошептала Ольга Сергеевна, подходя ближе. — Ты сделал это сознательно. Ты контролировал кровь. Это не просто редкий случай, это… это гениально! Так быстро, на первом курсе… черт возьми!

Она оглядела студентов, лица которых всё еще выражали шок и неверие. Виталик, казалось, заикался, пытаясь что-то сказать.

— Что ж, господа, — объявила профессор, стараясь вернуть себе обычный строгий тон. — Думаю, этот… небольшой эксперимент наглядно продемонстрировал нам, что такое истинный потенциал. Думаю, у нас появился новый лидер. Поздравляю вас, Максим Евгеньевич!

Но занятие на этом не закончилось. Студенты, желающие получить похвалу, начали поочередно пытаться что-либо проделать с кровью. Причем потенциальный второй уровень был у половины из присутствующих.

А те, кто уже осознал получение первого дара и то, что с магией стихий придётся распрощаться, лениво наблюдали за остальными.

Помогая Виталику в «осознании» силы, я наглядно показывал ему, как каплю превратить в нечто острое. Затем, как привязать своё зрение к этой хрени и как ею управлять.

У Попова не получалось. Получалось только у меня. И под стать тому, как моя новая нить приобрела форму насекомого с крыльями, в аудиторию вошла Островская.

Её появление я почувствовал пятой точкой. Волосы на заднице вздыбились, а по шее прошлись мурашки. Не знаю почему, но я на внутренних инстинктах чувствовал её. Скорее всего, как очевидного противника, с которым в будущем придётся схлестнуться.