Книга Последний Охотник. Том 1, страница 53 – Дмитрий Лим

«Ага. Только я дворянин и если бы ты предложил мне стать вассалом, я бы тебя нахрен послал».

Затем началось описание «плюшек» условий. Они обеспечивают меня сырьём, питанием, деньгами и одеждой. Я же, используя их условия для развития, по итогу стану гвардейцем на благо их рода. Точнее, должен буду стать. Конечно, ситуации разные бывают, и в целом среди дворян есть такая услуга — обмен плюс деньги, и можно попасть в другую семью.

— Я ставлю тебе цену, — заканчивал Жан. — Сто тысяч за твою преданность. То есть, когда ты станешь дворянином, эта сумма будет являться твоим уходом от рода.

— Согласен, — тут же ответил я. — Буду рад служить.

На самом деле, я соврал. Альбина, слушая всё это, еле сдерживалась, чтобы не возмутиться. Но сделать она этого не могла.

Когда Жан пожал мне руку, а также передал мне небольшую нашивку, которую я должен буду прикрепить к своему гербу в академии, Альбина подошла ко мне. Сдерживая эмоции внутри, она спросила:

— Почему ты согласился? Я же сказала, ты сто процентов — дворянин! У тебя даже земли есть!

— Не переживайте, Альбина, — улыбнулся я. — Я своё ещё возьму.

Она была поражена моим ответом. Только вот сделать ничего не могла. Я спросил насчёт моего вопроса, про те самые земли и аренду, но она лишь пожала плечами в ответ.

Комиссия приехала в Псков ночью того же дня. Но явились уже утром.

К зданию церкви подъехало четыре дорогих автомобиля, если судить по словам Вадима. И наружу вышло только трое мужчин в одинаковых костюмах, где красовалась эмблема империи.

Они не разговаривали с детьми, в том числе со мной и Аней. Вели разговор только с Альбиной, ну а мы терпеливо дожидались, когда же всё начнётся. Только вот мы ожидали чего угодно, но не скорую поездку за территорию церкви.

Когда мы с Аней сидели на кухне и обедали, в помещение вошёл высокий мужчина, которого я видел утром. Он коротко кивнул нам и велел идти за ним.

На улице нас встретила лейтенант Васильева и сообщила, что нам придётся проходить испытания совершенно в другом месте. Не здесь, у алтаря. Так как Олег Олегович находится под следствием. Каким и почему? Оставалось лишь догадываться, но Альбина ясно дала понять, что его методы и всё в том же духе — под большим вопросом у комиссии.

Нас завели в один из автомобилей, где кроме водителя и переднего пассажира никого не было, и увезли в неизвестном направлении. Мы даже толком ничего через окна рассмотреть не могли, ибо они были затонированы наглухо, а между водителем и задними пассажирами была шторка, которая закрывала нам обзор лобового стекла.

Я один раз попытался подглядеть, что же там впереди, но рык: «НЕ ТРОГАТЬ», оборвал мои задумки.

По подсчётам, мы ехали не меньше часа и наконец добрались до нужной «точки». Нас вывезли куда-то за территорию города, где нас встретили…

— Мы к казарме что ли приехали? — спросила Аня раньше меня. — Что это за место?

Мы прибыли к большим сетчатым воротам, за которыми было что-то непонятное. Палаточные, большие дома, площадки, одно-единственное огромное здание и куча вооружённой охраны. Сомнений, что мы попали на какую-то военную базу, не было.

Войдя на территорию, вскоре я услышал синхронные «ахи», «охи», словно кто-то тренировался. И вскоре увидел, как несколько ребят, моих ровесников, тренировались. Они были без рубашек и одеты только в облегающие штаны из эластичной ткани.