Книга Последний Охотник. Том 1, страница 120 – Дмитрий Лим

Сказать, что все охренели, значит ничего не сказать. Кто в здравом уме согласится бросить своё единственное оружие?

Но это было моим планом.

Пока меч летел, я оторвался с места, отталкиваясь руками и резко вставая. Пятнадцать метров я сократил за мгновение ока, ускоряясь так, как только мог, но без перебора, и, подобрав только что вонзившийся в песок меч, рубанул воздух перед Алиной.

Она смогла увернуться…

Затем пространство вокруг нас разогрелось, волосы Алины поднялись, словно она стояла на вентиляторе, а кожа на теле заиграла красными красками. Вот так я впервые увидел стихийный доспех. И, пользуясь тем, что она потратила время на использование навыка, рубанул уже по ней. Меч, соприкасаясь с уже еле заметным сиянием доспеха, что говорило о его полном сформировании, выбил искру. Второй, рубящий от плеча, издал звук шипения, а затем послышался треск. Словно где-то треснуло стекло.

— Забавно, — хмыкнула она, топая ногой.

Песок подо мной превратился в огненное месиво. Мне обожгло всю шерсть на ногах и заднице мигом, и чтобы хоть как-то выйти из опасной зоны, пришлось пользоваться магией.

Я чуть замедлил сами язычки пламени, а затем и вовсе обернул вспять температуру в огне. При попытке сблизиться с Алиной я учитывал, что она далеко не дура, но из-за незнания мира даже не заметил, когда она успела сделать печать, в которую я попал.

Моя магия меня и спасла. Когда я выпрыгнул из «метки» в песке, на том месте оказался огненный столб, который мигом разогрел воздух до смертельно опасной температуры.

«Ого, — я кувыркнулся и попытался зайти сбоку к магу. — Если на такие прикольные штуки способен маг второго уровня, что могут маги еще сильнее?».

Мне вспоминалась Маша со своими навыками тотального уничтожения, но она… была в некотором роде магом одного удара. Пустышкой.

Песок вокруг Алины тем временем начал превращаться в стекло. Не знаю, до какой температуры она была способна разогревать пространство, но это, как мне казалось, было… ненормально. Откуда у нее столько маны, чтобы так палить?

И все же в поединке главную роль сыграл опыт. Понимая, что меток может быть чуть больше, чем просто «одна», я, не сбавляя скорости и постоянно передвигаясь, чтобы не стать легкой целью, сосредоточился на песке, выискивая отголоски магии. И вскоре прочувствовал, что такое печати.

Они были просто куском маны, выброшенным на землю в причудливом узоре. Все. Точка. И на мое удивление, ими…

«Ах ты же сука, — тут я не мог сдержаться, хоть говорил сам про себя. — Ты же явно подготовила площадку перед тем, как прийти сюда! — все пространство вокруг меня было усеяно этими узорами. — И это тебя твой „босс“ подговорил, да? Драться честно мы не умеем?»

Хотя, не мне говорить о честности.

Обнаружив все точки с печатями вблизи меня, я начал их просто рвать. Бегая вокруг Алины, делая вид, что пытаюсь сблизиться, и сосредотачивая на себе огонь фаерболов, я проводил клинком по земле, разрушая эти рисунки. Порвать печать было достаточно легким занятием, которое можно было сделать одним простым способом — повредить поверхность, на которой она была.

А они все были тупо под трехсантиметровым слоем песка. Даже не на бетоне. Ибо, чтобы нанести печать на бетонный пол, пришлось бы копать. Магу нужно видеть площадку для навыка.