Книга Последний Охотник. Том 1, страница 101 – Дмитрий Лим

На подобном мероприятии, таком как — приём, причём частном, в этом мире я находился впервые. И… хех, отказываться от еды я не собирался! Я же не завтракал-то толком.

Мне было достаточно одного взгляда на кувшин с морсом, как официантка, или как тут они назывались в этом мире, тут же наполнила мой стакан.

— Итак, — заговорил дворянин. — Я являюсь «посредником» вашего разговора. Я — господин Верстов. Это, — он указал рукой на офицера, — Юрков Валерий Павлович, полковник специальной службы розыскных мероприятий.

— Это отдел, — поправил его полковник. — Я из Имперской службы безопасности. Ты, Виктор, — он не особо церемонился в обращениях, — находишься под нашим наблюдением с тех самых пор, как на вас было совершено покушение.

— Покушение? — я изобразил удивление. — Какое покушение?

— События, при которых вас нашли гвардейцы рода Воробьёвых, вы помните? Помните, что на вас в тот же день попытались напасть ещё раз?

— Почему еще раз? — я взял бокал и выпил залпом морс. Это было очень вкусно. — Я разве говорил, или, может, Аня говорила, что на меня напали в баре? Мы ничего не помним.

— Пускай, — согласился полковник, но при этом улыбнулся. Видимо, ему доставляло некое удовлетворение подобная беседа с далеко не глупым собеседником. — И все же, вы помните нападение?

— Как вчера, — кивнул я и, не теряя времени, только было потянулся вилкой к тарелке, как зацокал дворянин.

Он помотал головой, поджимая губы, а затем еле слышно произнес:

— Простолюдин за моим столом… — он говорил это с огорчением, указывая, что я не понимаю некоторых правил.

Официантка, прислуга… черт, кто они вообще такие, приветливо наклонилась к моему уху и прошептала:

— Я бы вам советовала просто кивать на блюдо, и я все сама сделаю!

Я одобрительно кивнул и прошептал в ответ:

— Мяса! Побольше!

Когда мои тарелки наполнились едой, я принялся дальше выслушивать полковника. А тому было интересно событие, которое произошло в зале испытаний. Да и кое-что еще… он задал вопрос по поводу моего меча, но велел показать его только после того, как я покушаю. Проявлял, так сказать, уважение, хоть и небольшое.

Дворянин во время нашей беседы вел себя как настоящий козел. Постоянно ахал, охал, цокал каждый раз, когда я что-то делал за столом. То я вилку не так взял, то причмокнул, когда пил. То рукава закатал или локти положил на стол.

Нет, несомненно, мне нужно поучиться правилам этикета здесь, в этом мире. Но что он хочет от курсанта, который ничего про это не знает? Да ладно курсанта! Знал бы он еще, что я, образно выражаясь, — попаданец, так у него бы вообще колпак зазвенел.

— Итак, — вернулся к «теме» Юркин. — У нас несостыковка в одном событии. Вы помните нападавшего на вас…

— Гойду, — кивнул я. — Да, помню. Альбина Васильева, лейтенант гвардии моего господина Жана Воробьева, называла его имя.

— Вы видели лицо человека, который напал на вас там, на территории академии?

— Нет, — соврал я. — Ситуация, сами понимаете, была патовая. Я действовал сугубо машинально, да и выжить хотелось.

— Уверен? — нахмурился офицер. — Я видел тело. Видел, что маска была разбита. Да и что говорить про самого погибшего? — он посмотрел прямо мне в глаза. — Когда вы отсекли ему голову, я не поверю, что вы не обратили внимания на лицо, которое уже не скрывала маска. Знаешь ли, я многое повидал за свою жизнь и знаю, как работает адреналин в теле. Первое убийство, плюс ко всему, Кольцевого — человека. Это уже не детский сад, Виктор.