Книга Александр Черный. Книга II, страница 80 – Евгений Лисицин, Дмитрий Лим

— Это еще что за хрень? — пробурчал, разминая места ушибов, — Что с поездом?

Маша рванула к окну, высматривая что-то в темноте, а затем озадачила нас.

— Поезд стоит. Только я не вижу ни станцию ничего…

И в следующий миг, по небольшим громкоговорителям в вагоне раздался мужской, басящий голос.

— Говорит машинист поезда Афоничев Виктор Юрьевич.

Повторил это он раз двадцать, если не меньше. Заметно кряхтя. А шипение динамика вызывало желание его заглушить. Знать бы еще как.

Но, благо я этого не сделал.

— На наш поезд совершенно нападение. Рельсовый путь поврежден. Мы не можем тронуться, пока не прибудет ремонтная бригада и ближайшая офицерская бригада. Просьба, не покидайте свои места и вагоны. За пределами титановой защиты вас уже ничего не спасет. Молимся, чтобы все прошло хорошо…

Но уже не могло пойти так, как он хотел. Послышался взрыв и наш поезд, или же, вагон, вновь мотнуло. Пол и стены вибрировали. А толстые стекла то и дело старались рассыпаться.

Яркие вспышки мелькали где-то за окном с ровными интервалами. Точнее, это были даже не вспышки, а искры. Вместе с этой «светомузыкой» слышался скрипучий звук. Словно где-то снимали металл. Некоторое новшество для меня, так скажем.

Девчонки были настроены на боевой лад, а вот машинист то и дело нес всякую ахинею в динамики. Наводил панику. Сам же — противоречил своим словам.

Первые гости появились лишь после двух часов подобного «простоя», что сопровождалось криками и выстрелами. Правда, не в нашем вагоне, а где-то рядом.

— Как думаешь, до нас тоже дойдут? — неожиданно спросила Вика.

Раскрыл глаза, зевнул, выползая из сонного состояния и покосился на оживленных девиц. Маша пялилась в коридор нашего вагона, приоткрыв дверь так, чтобы пролезала лишь часть туловища. А Виктория пялилась в окно, то и дело сменяя цвет радужки.

— Этот дядька же вроде говорил, что каждая дверь, ведущая в другой вагон, такая же крепкая, как и остальные. Если противник попадет в один из вагонов, не факт, что у него останутся силы, чтобы «выломать» очередной лист стали.

Меня, впрочем, слова этого мужика никаким образом не воодушевили. Если прислушиваться к скрежету, то можно было догадаться, бронепоезд не такой уж и бронированный. Либо, у нашего общего противника есть ресурсы, которые позволяют вскрывать обшивку.

В следующий миг, наш вагон качнуло да так, что я вывалился с полки на пол.

Разминая ушибленное плечо и шею, поднялся, злобно пялясь в окно. В него, в прямом смысле этого слова, что-то стучало. Весьма большое и блестящее.

В голове было лишь одно предположение — таран. Но как оно было в действительности… что же, скоро узнаем.

Однако долго ждать не пришлось. С пятнадцатым, по счету, ударом, наше бронированное стекло разлетелось на мелкие кристаллики, а следом, в нашей «палате» оказалось двое, худеньких, но весьма кровожадного юнца.

На вид им было лет по восемнадцать, не больше. Раскрашенные морды в цвета леса: коричневый и зеленый. Весьма наглые ухмылки и весьма серьёзные кинжальчики в руках. Они сделали свою первую и последнюю ошибку в жизни — загляделись на офигевшую Марию, которая от злости и неожиданности, развела руки в сторону, дабы вызвать плеть. Конечно, в этот момент ее грудь выпячивалась так, что на нее было грех не посмотреть.