Книга Александр Черный. Книга I, страница 84 – Евгений Лисицин, Дмитрий Лим

Камень засиял и начал осыпаться, освещая обиженное лицо демонессы, которая не получила никакого продолжения.

Артефакт, который я получил, оказался самой бесполезной для меня вещью.

— Однотомник: тысяча трав. — прочитал название книги в моих руках, исполненное золотистыми буквами-закорючками, на черном фоне кожаного переплета.

* * *

Ранний завтрак в компании демона и богатой статусной дамы, привлекал ненужное мне внимание.

Во-первых, Маргарита, которой я… ну, скажем, дал надежду, начала все по новой, но более культурно, под стать своей напыщенности и статусу. Меня — вполне это устраивало.

Во-вторых, Виктория, которая насытилась, так скажем, «сраннего» утра, показательно лебезила, умничала и вообще, была паинькой, разматывала эту Волкову знатно.

Начиналось все с обычных подколок. А когда она поняла, что Марго выставила перед собой нейтральный щит, в котором она просто игнорировала любую информацию, которая сходила с уст демона, пошла по жести.

— …она такая большая… сразу губами и не обхватить, а когда проводишь язычком…

Она перешла на откровенные пошлости, не забывая рассказывать и описывать всякие, не совсем гуманные подробности. На что получила тычок под столом от меня. Но, все же, она смогла зацепить аристократку, на что посыпались всякие гадости.

Конечно же, весьма культурные. В них я не ввязывался, а молча встал, подхватил тарелку с кашей и сел за соседний пустующий столик.

До меня лишь дошел обрывок очередной унизительной фразы со стороны женского представителя аристократии.

— …демон, зато, не сможет зачать ребенка с человеком. Жаль, очень жаль, что вас так наградила природа. Ну, ничего, девочка моя, и тебя вылечим.

Дальше, пошла откровенная словесная перепалка на повышенных тонах. Что привлекло к нам еще больше внимания. Даже Мария, сидящая в метке, пыталась напроситься выбраться в свет, и отвесить сочных трындюлей этой напыщенной дуре.

Кого именно она считала напыщенной дурой — история умалчивает.

В момент, когда я понес тарелку, подхватил чашку и поднос со стола бранящихся, в таверну влетел знакомый мне рыцарь. Он не обратил внимание на меня, возможно, даже и не заметил, и быстрым шагом направился к стойке, где стояла и вытирала пыльные бокалы Валентина Петровна.

Я, кстати, наконец увидел его без шлема. Ну и урод… если быть честным. Теперь мне стало понятно, что он так впрягся за честь принцессы. Выслуга. Авось перепадет какая служанка.

Рыжий и бесстыжий. Копны веснушек по всему лбу, придавали ему вид дурачка больше, чем благородного рода.

Вот здесь, ушки-то я навострил.

— Я же просил, цветочного вина! Что вы мне прислали? А? — початая бутылка в его руке, то и дело, мелькала перед лицом тетки, — Сколько можно⁈ Ты думаешь, я буду это пить?

Оп, а не такой он уж и благородный рыцарь. Так, петушок перед толпой и перед какой-нибудь красоткой. А на деле — быдло. Надо бы его осадить.

Хотел я что-то сделать, но меня в самом начале пути остановила фраза Валентины Петровны.

— У нас сменился поставщик. Я не могу в данный момент ничем вам помочь. Но, если вы желаете, я могу доставить вам первую пробную бутылку нового сорта.

— Когда? — его лицо было красным от гнева, и, по-моему, он брызгал слюной, — А с этим мне что делать?

— Зная, что вы любите выпить бокал высшего напитка перед боем, доставлю посыльным за час до дуэли. И с превосходным настроением вы сразитесь с вашим оппонентом.