Книга Юрист с Рублёвки. Том 4, страница 35 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

Внутри магазина нас встретила худощавая женщина лет сорока.

— Добрый день, — она посмотрела на меня с явным недовольством, мол, что я тут вообще делаю. — Помочь с выбором?

— Да, — Вера кивнула. — Мне нужно бельё под вечернее платье.

— Понимаю. Какой размер? Какое у вас платье?

Вера назвала. Продавщица кивнула и ушла к стеллажам. Ну а я… стоял посреди магазина, как… ну, как мужик в магазине женского белья. То есть чувствовал себя немного не в своей тарелке.

— Лёш, — Вера повернулась ко мне. — Ты чего застыл? Идём.

— Куда?

— Со мной. Ты же в прошлый раз не зашёл. Исправляй.

Она взяла меня за руку и потянула вглубь магазина. Мы прошли мимо стеллажей с шёлковыми комплектами, кружевными бюстгальтерами, чем-то невообразимым из строп и ремешков, назначение которого я мог только предполагать. Но мне бы понравилось, будь всё это на Вере.

В углу была широкая примерочная — отдельная комнатка с зеркалами с трёх сторон, крючками на стенах и пуфами у стены.

— Садись, — Вера завела меня внутрь, задёрнула штору и указала на пуф.

Я сел. Она осталась стоять.

Продавщица принесла три комплекта на вешалках, положила на пуф рядом со мной и удалилась.

Вера взяла первый комплект. Чёрный, с тонким кружевом. Посмотрела на него, потом на меня.

— Закрой глаза, — сказала она.

— Зачем?

— Потому что так интереснее.

Я закрыл. Слышал шорох ткани. Расстёгивающуюся молнию на её платье. Лёгкий звук, с которым одежда падает на пуф. Потом — секунд тридцать тишины, прерываемой только тихим звяканьем крючочков.

— Можно смотреть, — произнесла она.

Я открыл глаза.

Вера стояла посреди примерочной. На ней был чёрный комплект — минималистичный, из тонкого шёлка и кружева, почти ничего не скрывающий, но подчёркивающий всё. Бретельки тонкие, как нитки. Тёмные кружева на светлой коже…

Я молчал… просто молчал, потому что…

«Нехер тут даже говорить… всё слишком шикарно!»

— Ну? — она повернулась. — Как тебе?

— Мне нужна… — я подумал и понял: нельзя сказать лишнего. Просто, ну, я же не тупой мужик, да и она хочет правильной реакции. — Мне нужна ещё секунда.

— На что?

— На то, чтобы вспомнить, как дышать.

Она рассмеялась, но не смутилась. Наоборот, ей явно нравился мой ответ. Она подошла ко мне вплотную. Я почуял, как она вкусно пахнет, и тут она запустила руки в мои волосы и чуть наклонилась:

— Будешь смотреть второй комплект? — прошептала она.

— Буду, — прохрипел я.

— Тогда глазки закрой…

Я снова закрыл. На этот раз она возилась чуть дольше…

— Открывай.

«Твою же ж…»

На ней был комплект глубокого бордового цвета. Кружево было другим — плотным, фактурным, с цветочным узором. Вера стояла, опираясь рукой о зеркало, и смотрела на меня сверху вниз с выражением, которое невозможно спутать ни с чем.

— Этот, — я наконец выдавил.

— Этот? — она чуть склонила голову.

— Этот. Однозначно.

— Почему?

— Потому что в первом ты красивая. А в этом… — я поднялся с пуфа, — … в этом ты опасная.

Она улыбнулась и поманила меня к себе, так что я встал вплотную к ней. Её дыхание сбилось, и я это видел. Зеркало за её спиной отражало её спину, открытую от лопаток и ниже.

— Третий? — спросила она шёпотом.

— Третий — потом. Дома.

— Дома? — её губы дрогнули.

— Дома, — повторил я. — Когда не будет продавщицы за стенкой и зеркал с трёх сторон.