Книга Океан любви. Притяжение, страница 68 – Ольга Алешкевич

Бэн уложил меня на постель, затем завязал глаза шелковым белоснежным платком, связал руки над головой и привязал каждую ногу по отдельности к каким-то приспособлениям у подножия кровати так, чтобы ноги не смогли соединиться вместе. Легкие волоски перьев заскользили по моему обнаженному телу вниз-вверх, от ключиц к груди, от груди до пупка и ниже. Бэн использовал по всей видимости два страусиных пера, и их бархатистые, мягкие прикосновения заставляли меня стонать от неведомого ранее удовольствия. Низ живота завязывался в узел, а пальцы ног судорожно сжимались. Дыхание мое участилось, а бедра непроизвольно двигались в такт с движением перьев. Желание нарастало. Бэн остановился, и я запротестовала, но тут же ощутила новое прикосновение, но уже более грубое и настойчивое. Бэн объяснил, что это гусиные перья. Он покручивал их между своими пальцами, кружа по возбужденным соскам, спускался неспеша к пупку, дразнил, и опускался ниже, к раскаленной от жажды точке. Казалось, будто все мои нервные окончания – это реки лавы, обнаженные и пульсирующие, текущие по телу в горящий котел вулкана между ног. Как только я начинала чувствовать приближение оргазма, Бэн останавливался, и я молила о пощаде. Когда моей кожи коснулись павлиньи перья, я застонала от наслаждения. И снова вниз-вверх… Когда удлиненные волоски на кончике пера опустились ниже пупка, скользнули по набухшей от желания раковине, я вздрогнула и прогнулась. Бэн опустился где-то рядом и подул сильно, с напором, туда, где только что скользило павлинье перо. От этого простого дуновения я рассыпалась на миллионы и миллиарды пульсирующих осколков. Тяжело дыша, продолжая стонать и извиваться, я почувствовала, как слезы непроизвольно полились из глаз. Бэн тут же развязал меня, и всхлипывающую, потрясенную, ошеломленную, и совершенно опустошенную, прижал к себе. Он целовал мои глаза, нос, щеки, но, когда его горячие губы коснулись моих, дикая волна нового желания нахлынула и захлестнула меня всю без остатка. Я набросилась на Бэна, как голодная тигрица, не оставляя ему шанса.

— Просыпайся, любимая! – услышала я сквозь сон голос Бэна. Неспеша открыв глаза, я увидела лицо любимого мужчины. Он нежно смотрел на меня и загадочно улыбался.

— Что за улыбка, милый?

— Вероятно я счастлив и.… в твоих волосах запутались лепестки роз. Это необычно и забавно.

— Что ж.… мне не нужно будет придумывать новую прическу. – Бэн улыбнулся, но его глаза остались серьезными.

— Скажи мне теперь, только честно! Довольна ли ты мною? Оправдал ли я надежды первой брачной ночи?

Я посмотрела на своего мужа. Коротко стриженный ежик черных волос, начисто выбритый волевой подбородок, чувственные губы… Серые глаза с невероятно большими зрачками пристально вглядывались в мои. Воспоминания нахлынули на меня, и стало жарко. Я окинула загорелое, упругое, с красивым рельефом мышц тело любимого.

— Мой муж – бог любви! Я люблю тебя до мурашек! До боли! Ты – это я, и так всегда будет. Разве ты можешь сомневаться? Без тебя мне нет места на этом свете! Мое счастье безгранично, как этот океан! Ты и есть мой океан. Мой океан любви!

Бэн приблизил ко мне свое лицо и тихо прошептал:

— Я все равно люблю тебя сильнее!

Вскоре гости заполнили большую часть нашей дрейфующей в океане яхты, и торжество продолжалось до утра. Праздничный салют устремлялся в небо разноцветными искрами и отражаясь словно в зеркале, тонул в темных волнах океана. Яркие звезды мерцали в темно-лиловом небе, и огромная белая луна, казалось, озаряла нам путь в прекрасное будущее. Наши гости и друзья веселились до упаду. Мы с Бэном не разъединяли рук, а глаза сияли, наполненные любовью и счастьем.